Дженна закрыла дверь, обошла ширму и, глядя на леди Аргеланд широко раскрытыми глазами, повторила:
- Леди Мерех, вам велено срочно явиться в Малый Парадный Кабинет!
Вздрогнув, Хестер постаралась отогнать от себя привидившихся академиков, которые будут допрашивать ее по поводу неизвестной хохлатой птицы.
«События несутся вскачь, я просто не успеваю», пронеслось у нее в голове.
Милли же обладала чуть более простым складом характера и потому сразу же ухватила Дженну за край рукава и, развернув ее к себе, спросила:
- Кем велено?
Служанка еще сильнее вытаращила глаза и повторила:
- Леди Мерех, вам велено срочно явиться в Малый Парадный Кабинет!
Насторожившись, Хестер призвала малый личный щит и, набросив второй на Милли, повторила вопрос подруги:
- Кто отдал тебе этот приказ, Дженна? Кто ждет меня в Малом Парадном Кабинете?
Глаза служанки подернулись серой дымкой и она заученно повторила:
- Леди Мерех, вам велено срочно явиться в Малый Парадный Каб…
- Лови ее! – истошно закричала Милли.
Закатив глаза, Дженна рухнула спиной назад.
Хестер успела поймать ее за плечи, но не удержалась на ногах и чуть не рухнула сверху. Кое-как извернувшись, чтобы не придавить служанку, леди Аргеланд ушибла коленку и, все же, не дала Дженне разбиться о пол – ее голова оказалась на коленях Хестер. Милли, что тоже пыталась помочь, снесла ширму и, запнувшись о ноги Дженны, рухнула рядом с ними.
- Дженна,- прошептала Хестер, касаясь висков девушки,- посмотри на меня.
Но в глазах служанки не было ни единого проблеска сознания.
Через мгновение на ее губах выступила кровавая пена. Она захрипела, выгнулась дугой и обмякла.
Хестер прижала пальцы к шее девушки и, не ощутив биения пульса, подняла на Милли глаза:
- Она мертва.
- Это как это? – прошептала Милли,- как же это?
- Зачем? – Хестер до боли закусила губу. – Зачем?
Внутри леди Аргеланд поднимало голову отчаяние. Из-за нее вновь погиб человек. И она, Хестер, вновь оказалась беспомощна перед чужой смертью.
Она вновь просто смотрела…
- Зачем? – повторила Хестер.
«Даже если кто-то знает о моем происхождении, даже если кто-то знает о доставшемся мне наследстве – зачем?! Я полезней живой, нежели мертвой!», думала она.
- И мы даже не можем никого позвать,- прошептала Милли, шмыгая носом. – Не можем отправить волку с письмом. Наша дуэнья где-то далеко, в очень расстроенных чувствах. Наша служанка мертва, а мы… Мы же не можем оставить ее здесь одну.
«Соберись», приказала себе Хестер. «Соберись, тряпка».
