— Как всегда прекраснодушно и наивно, — вздыхает брат, и его голос остаётся ровным, но в глазах появляются искорки досады. — Ты хочешь обречь людей на вымирание из-за ложной морали. Вероятно мы не сможем победить Алчущих силой, Хродрик. Их слишком много, и они не знают страха смерти. Единственный способ выжить — принять их природу и направить её на созидание.
— Никогда, — твёрдо говорю я. — Я найду способ уничтожить их всех. До последнего.
Трувор делает шаг назад, маска учёного прочно сидит на его лице.
— Ты не веришь мне.
Думаешь, я чудовище.
— Я думаю, что ты заблудился, — мягко отвечаю я. — И я молюсь всем богам, чтобы ты нашёл дорогу назад, пока не поздно."
"Мы стоим друг напротив друга — два брата, разделённые пропастью выбора. Где-то там, под Псковом, Синеус ведёт людей в бой. Обычных людей против чудовищ. И может, многие не вернутся, но они умрут людьми.
— Возьми это, — Трувор протягивает мне медальон с руной защиты. — Создал его недавно. Остановит даже Жнеца. На случай, если твоя вера в человечество не защитит тебя от когтей Алчущих.
Я беру амулет, чувствуя, как горло стягивает стальным кольцом.
— Уходи, — он отворачивается к своим чертежам. — У меня много работы. Раз ты будешь тратить жизнь на бесплодную борьбу с неотвратимым, мне остаётся готовить человечество к неизбежному будущему.
У порога я оборачиваюсь:
— Когда ты завершишь работу над Маяком, передай чертежи мне. Что бы ни случилось между нами, люди должны иметь защиту. Если получится уничтожить достаточно Жнецов, можно будет попробовать применить артефакт в деле…
— Ты их получишь, — коротко отвечает Трувор, уже погружённый в новые расчёты, — но помни — защита лишь отсрочит неизбежное.
Рано или поздно человечеству придётся сделать выбор между эволюцией и вымиранием. И Хродрик? Береги Синеуса. У него твоя храбрость, но нет твоей мудрости.
Я выхожу из лаборатории, не зная, что это наша последняя встреча…
* * *Ярослава Засекина стояла у окна кабинета, наблюдая за воеводой, сидящим в кресле.
Прохор погрузился в транс, его дыхание стало глубоким и размеренным, а черты лица разгладились. Княжна скрестила руки на груди, прислонившись бедром к подоконнику, и задумалась о странности ситуации.
Почему он пришёл именно к ней? В остроге хватало надёжных людей — тот же Борис, правая рука воеводы, или кто-то из его приближённых магов. Однако Платонов выбрал именно её, Ярославу Засекину, главу наёмного отряда, формально независимую от его командной структуры.
