Каждый из Бездушных давал несколько крошечных кристаллов, но в таком количестве урожай увеличивался многократно… Итого мы собрали шесть тысяч триста сорок крошечных и девятьсот два малых кристалла.
Общая картина наших текущих запасов впечатляла. Четырнадцать тысяч шестьсот крошечных кристаллов, три тысячи тридцать восемь малых, сорок три средних, двадцать восемь крупных и шесть гигантских. В пересчёте на золотые рубли — пятьдесят пять тысяч. Целое состояние, которое в мирное время позволило бы купить небольшое поместье со всеми угодьями.
Сегодня утром я спускался в хранилище проверить сохранность нашего богатства. Картина там открывалась поистине сюрреалистическая. Крошечные кристаллы ссыпали в дубовые бочки, словно зерно после жатвы. Малые хранились в плетёных корзинах, переложенные соломой, чтобы не бились друг о друга. Для средних пришлось выделить отдельные сундуки с бархатной обивкой изнутри — каждый такой кристалл стоил как хороший конь, а теперь их набралось на целый табун."
"Крупные кристаллы покоились в индивидуальных ларцах, а гигантские… Для них Фрол по моему заказу выковал специальные железные подставки с углублениями, чтобы лиловые глыбы не катались по полу.
В полумраке подвала они излучали слабое свечение, отбрасывая на стены причудливые тени.
— Как в сказочной сокровищнице дракона, — пробормотал тогда Борис, сопровождавший меня. — Только вместо золота — магические камни.
Охрану пришлось усилить втрое. У входа в хранилище теперь постоянно дежурили четверо дружинников, сменяясь каждые шесть часов.
Я лично наложил несколько охранных заклинаний, которые были призваны поднять тревогу в случае проникновения внутрь какого-нибудь чужака.
Даже ключи разделили — один хранился у меня, второй у Захара, третий у Бориса. Только все трое вместе могли открыть хранилище без активации защиты.
Просто хранить подобные сокровища в погребе было бы преступно, поэтому после изучения отчёта Захара я собрал в моём кабинете троих магов, которых я считал наиболее подходящими для обсуждения предстоящего проекта.
Максим Арсеньев сидел у окна, его худощавое лицо с острыми скулами казалось ещё более измождённым в утреннем свете. Анна Соболева устроилась за столом, тонкие пальцы алхимика нервно теребили край записной книжки. Леонид Карпов расположился в кресле у камина, поглаживая седую бороду с видом человека, готового к долгой дискуссии.
— Итак, друзья, — начал я, раскладывая на столе листы с расчётами, — у нас есть шесть гигантских кристаллов Эссенции.
