Я метнулся к нему, занося клинок для удара, и в этот момент младший брат, видя отчаянное положение родственника, метнул в меня сгусток уплотнённой звуковой волны, чьи вибрации исказили воздух."
"Усилием воли сформировав Каменный заслон, я нырнул за него в тот миг, когда земля, вздыбившимь мощным столбом, подбросила упавшего старшего в воздух. Сгусток, предназначенный для меня, встретил на своём пути тело и расплескался по каменной стене.
Атака отбросила старшего мага в сторону на несколько метров. Его тело безвольно шлёпнулось о площадку, из носа и ушей сочилась кровь, но сиплое дыхание до сих клокотало в горле раненного.
Ярость исказила лицо младшего. Он испустил нечленораздельный вопль и бросился на меня, окружив свои руки ледяными клинками.
— Я разорву тебя на части, сука! — рявкнул он.
Мы сошлись в ближнем бою — его морозные мечи против моего гибкой ленты. Искры и осколки льда сыпались от каждого соприкосновения оружия, воздух вокруг нас наполнился запахом озона. Несмотря на ярость, оппонент сохранял мастерство — его движения были быстрыми и точными.
Он наседал на меня, не давая использовать главное преимущество уруми — дистанцию.
Один из его ударов почти прорвал мою защиту, едва разминувшись с ключицей. Мои собственные удары планомерно просаживали его барьер, пока тот не лопнул.
И в решающий момент я сделал то, чему научил меня Кашияр — пропустил одну из атак противника мимо себя, позволив ему потерять равновесие, и одновременно закрутил уруми вокруг врага в смертельном объятии. Лезвие прижалось к чужому горлу так плотно, что реши он вдохнуть поглубже и рассёк бы собственную гортань.
Впрочем, я намеренно не усиливал давление — мне нужен был пленник для допроса.
— Кто вас нанял? — прошептал я ему. — Где мой отец?
Магия забурлила в теле противника, готовясь вырваться новым заклинанием, но… мимолётное движение запястья, и Сумеречная сталь распорола чужую плоть до самого позвоночника. Пошатнувшись, маг схватился за изувеченное горло, словно силясь остановить кровь и упал на колени.
Проводив его холодным взглядом я зашагал к оставшемуся убийце. Справа от меня третий искалеченный телохранитель пытался перетянуть ремнём руку, чтобы остановить щедрый поток крови.
— Сдавайся, — остановившись над старшим, бросил я. — Твой брат мёртв, но ты всё ещё можешь выжить.
Его глаза, полные бешенства и боли, впились в мои. В них не было ни капли страха — только безграничная ненависть.
— За Влада! — выкрикнул он.
Резкий всплеск энергии вскипел в чужом теле.
