Я рот открыл от удивления, увидев огромный, в полтора раза больше обычного, доспех…
…И тут, естественно, кончилась мана!
Черт, черт, черт, ну что за невезуха такая?! И что делать? Даже метнись я кабанчиком к ведьме за эликсирами – пропущу самое интересное! Где, интересно, этот подвал? Когда я поднимался в свой номер, Хатбор был внизу, в трактире, и вряд ли успел далеко уйти за время ужина. И смысл ему уходить – он же здесь живет? Значит, тайная комната где-то в трактире. Осталось найти вход.
Я ворвался в зал. Кобольда уже не видать внутри, наверное, ушел спать.
Где бы я разместил вход в подземелье, если бы был трактирщиком? Да там же, где и вход в погреб, к чему лишние сложности. Обогнул стойку. Так, эти двери ведут на кухню, сейчас там темно и пусто. Эта, низенькая, заперта. Должно быть, за ней каморка кобольда. А вот и спуск в погреб – приоткрытый люк, пробивается неяркий свет.
Нашарив кольцо, потянул крышку. Точно, погреб. На крюке висит масляный фонарь – такой же, как у Хатбора. Скользнул вниз. Банки с соленьями, окорока на крюках – пряный запах вяленого мяса, бутыли с вином, бочки пива… Зря ты, Хатбор, не запираешь кладовку, разные бывают постояльцы… Даже мне, только что сожравшему преизрядную порцию, хочется ухватить кусок… Да где же потайная дверь?!
Снял с крюка фонарь и двинулся вдоль полок с припасами.
Эх, не хватает невидимости! А то приходится играть на условиях реальности, что, прямо скажем, как-то непривычно.
Проход я отыскал, не сразу, но отыскал. Уже знакомая лестница, та самая, по которой спускался тролль.
Стараясь не шуметь, ступать осторожно, оставив фонарь на верхней ступеньке, двинулся вниз. Трактирщик уже зажег свечи, подземелье утопало в ярком свете, и я надеялся, что хозяин не заметит меня – трудно разглядеть что-то в темноте, когда стоишь в освещенном месте.
Дверь он прикрыл неплотно, оставив щель, и я смог безнаказанно заглянуть внутрь.
Хатбор не смотрел по сторонам, он молился. Преклонив колени перед жертвенником, трактирщик покачивался из стороны в сторону.
Я не силен в религиях Мегалона, но увиденное показалось странным: ряды черных свечей, треножник с жаровней – на углях тлеют травы. На стене – щит с выгравированной женской фигурой – условной настолько, что раса не ясна. Доспеха с того места, где стоял я, не было видно, но за жертвенником отблескивают повешенные на стену мечи, огромные, одной рукой таким не поработаешь, с волной изогнутыми лезвиями. Нечеловеческое оружие, и не подходящее по размеру Хатбору.
