Авинский устроился напротив пухлого и кивнул на него:
– Это Хитрый Гримли, слышали о таком?
Вот так сюжетный поворот. Надо бы Илая предупредить, а то еще бога прирежет:
– Илай, все хорошо, успокойся. Мы в гостях у господа нашего бога.
Его выдавала тень, падающая на стену – Илай стоял возле камина. С минуту поколебавшись, решил все-таки проявиться. Занял место возле меня.
– Что за цирк, что происходит?
Появилась девушка в цветастом переднике, расставила на столе тарелки – с сыром, копченым мясом и овощами, разлила по бокалам вино и бесшумно удалилась.
Пока она сервировала стол, Авинский рассказывал уже известную мне историю.
– Где мы? – спросил я, когда он закончил.
– На Сарде. Мы были тут все время, Анубис, изгнавший меня, не смог сюда дотянуться. Вычислил моих людей, перебил их, и они попали сюда, откуда ход в Мегалон закрыт.
– Тут загробный мир, что ли? – Глаза Илая полезли на лоб.
– Да. Каждый «энписи» имеет автономное сознание, сгусток, так сказать, информации, и волен развиваться как ему вздумается.
Не поверите, и они развиваются! Умирают, попадают сюда, выбирают новое тело, рождаются, не помня ничего из прошлого, но имея некоторые наработки. Такой вот здесь левел-ап. Потом опять умирают, снова возвращаются, вспоминают все. Не знаю, так ли это работает в нашем мире, который мы считаем реалом, но почему бы и нет? И Мегалон растет. Эта Вселенная развивается! Уже без моего участия, сама по себе.
– А какой смысл? – спросил я, налил себе сока из кувшина.
– Думаешь, у реальности есть смысл? Мне кажется, смысл – в развитии. Это альтернативный мир. Свободный. Я не позволю сделать из него подобие нашего. Сами того не понимая, там мы превратились в рабов. Кричим о свободе, а сами зависим – от сигарет, гаджетов, новых девайсов. Мы не можем без своих беличьих колес и только перед смертью понимаем, что жили не так. Но поздно.
– Вот тут соглашусь с тобой на все сто, – сказал я.
– Знал, что ты поймешь. Мегалон еще пару лет будет открыт для таких, как ты.
Кто захочет, уйдет, и корабль отправится в плаванье самостоятельно. Я, как вы уже догадались, умер. Последние десять лет моей жизни прошли в работе над проектом «Мегалон». Тысячи людей трудились над ним, до конца не понимая, что они делают. Не буду рассказывать о конспирологии. В каждого «энписи» вложено по частичке души, поэтому они такие настоящие.
– Рано или поздно обнаружат сервера… – начал я, но Авинский покачал головой:
– Нет серверов.
