Да это не заключение – это подарок! Палец скользнул вдоль позвоночника Ярины. До чего же у нее совершенное тело – гибкое и в то же время зрелое…
Стоп! Я настолько вжился в роль, что воспринимаю непися как живого человека. Но вот же она, горячая, живая, под пальцем пульсирует венка. Или Ярина – игрок, который, как и я, не хочет себя выдавать? Для непися у нее слишком сложное поведение и эмоции… В общем, невозможно создать настолько достоверного персонажа даже мощностями современного ИскИна.
Ярина потянулась, прижалась ко мне, отпрянула, будто ожегшись, села, свесив ноги.
я невольно залюбовался ею. Вот это ноги!
– Совсем голову потеряла, – прошептала она, поднялась и прошлепала к столу, хлебнула из кувшина с водой. Несколько капель скатились по животу. Пришлось отвернуться, потому что тело снова начало реагировать.
– Меня ждут, а я тут… Нас ждут, в общем. Кстати, Арк – твое настоящее имя?
– В некотором роде, там, откуда я родом, у нас несколько имен, – почти не солгал я и сменил тему: – Скажешь, что переговоры затянулись, но в итоге мы пришли к пониманию.
– Меня распнут, – Она зашуршала одеждой. – Собирайся, а то сейчас придут меня спасать… Если уже не пришли… Мамочки, мы так шумели!
– Значит, они должны были догадаться, что происходит не смертоубийство.
– Ох!
Надев штаны, я наконец обернулся. Ярина зашнуровывала жилет. Черные волосы падали на лицо и свешивались до пояса.
Хотелось повалить ее на кровать, обнять и продрыхнуть до утра. Но, как говорится, первым делом самолеты.
Была глубокая ночь. На улице пахло скошенной травой и конским навозом. Непривычно ярко мерцали звезды. В очередной раз поймал себя на мысли, до чего же здесь фантастическая детализация: все как настоящее.
Вскоре глаза привыкли к темноте. Узкая улочка, зажатая двухэтажными домами с захлопнутыми ставнями, под ногами – брусчатка. Поскрипывает флюгер – посеребренный звездами дракончик. Ни души.
Над головой скользнула ночная птица, зашелестела перьями. Ярина шарахнулась ко мне, подслеповато прищурилась и прошептала:
– Что это?
– Птица.
Не знаю, что тут у вас водится.
И тут до меня дошло, что Ярина, дитя света, не видит в темноте, а фосфоресцирующая трава тут не растет. Это мне, существу сумерек, доступно ночное зрение. Оказывается, молчаливый ночной мир сказочно красив. Как много я недополучил в реале!
Пришлось брать Ярину за руку:
– Куда идти?
– Прямо, – она кивнула перед собой, – потом будет поворот налево, такой проулочек.
