Я прекрасно понимаю, что он сейчас чувствует, и планирую не мешать их воссоединению, крепче сжимая Аспен в своих руках.
–– У меня болят рёбра, – стонет она от боли.
Я отстраняюсь от неё и смотрю на синяк на её лице и длину волос. Аспен замечает мой взгляд и тихо сглатывает. Наши глаза встречаются, и я вижу подступающие слёзы. Меня переполняет целый спектр эмоций, но ни одна из них не заставляет меня отказаться от неё.
–– Всё в порядке, – уверяю её. – Ты со мной, – я оставляю поцелуй на её лбу. – Я так сильно люблю тебя.
– Первый всхлип слетает с её губ, и я чувствую, как слёзы омывают её лицо. – Я не смог бы жить без тебя. Ты ворвалась в мою жизнь полнейшим ураганом, снося всё на своём пути. И я не хочу останавливать твою причастность к этому разрушению.
–– Я думала, что умру, но моя любовь к тебе, и стремление выводить тебя из себя не давали мне шансов смириться с этой мыслью, – тихо посмеивается она. – Спасибо, что принимаешь весь тот ужас, который я вношу в твою жизнь.
–– Это самая прекрасная пытка, – я посмеиваюсь, оставляя поцелуй на её губах.
– Давай, сладкая, пора ехать домой.
Я выношу Аспен из здания, прижатой к себе, но как только она видит Гарри, её ноги быстро покидают мою талию, и она несётся к нему. Их воссоединение показывает, насколько они важны друг для друга, и я рад быть частью их семьи.
Смотря на ночное небо, я могу вдохнуть полной грудью за последние несколько мучительных часов. Всё позади. Аспен рядом, и это самое главное, что она жива и почти невредима, не считая её волос.
Я буду любить её любой.
Она только моя, и ничто не сможет изменить этого.
Глава 28
Аспен
Как только я вижу потерянного и уставшего брата, моё сердце начинает ныть. Спрыгивая с Нико, я несусь к Гарри, бросаясь на его плечи. Мы прижимаемся к друг другу, и у меня получается понять, что этот страшный день для всех нас подошёл к концу. В такие моменты ты очень чётко фильтруешь свою жизнь. Вспоминаешь всё, что ты делал или собираешься сделать, потому что не знаешь, когда нить твоей жизни оборвётся.
–– Ты ранена? – Гарри отстраняет меня за плечи, и как только он видит синяк на моём лице, из него вырывается разочарованный рык.
–– Я лучше, чем кажется. Но у меня ещё есть это, – я поднимаю руку и с улыбкой показываю.
Боль никуда не ушла, и у меня такое чувство, что мою руку прокрутили через мясорубку. Но я так горда собой, что я смогла это вынести и не попросить пощады. Это была первая настоящая пытка, и мне даже это отчасти понравилось.
