Уходите сейчас же.
- А, ну ясно. Ты, я вижу, в курсе, - презрительно роняет он и обдает таким холодом, будто это я сбежала из мест заключения и теперь живу по поддельному паспорту.
- Отпустите, - пытаюсь вырваться. – Или я закричу.
Угроза так себе. В эту часть здания мало кто ходит. Хоть оборись, никто не услышит.
- Давай без истерик, Ира, - рычит недовольно Степан. – Я к тебе специально приехал..
- Отпустите меня, - прошу сипло и уже ни на что не надеюсь. Нос заложен селективным парфюмом Криницкого. Его руки привычно лежат на моем теле.
Еще минута и я позорно сдамся."
"- Прошу, - демонстративно размыкает объятия Степан. И даже открывает передо мной тяжелую дверь, ведущую в общий коридор, а затем точно такую же – в зал. Сажусь на свое место. И не знаю, что делать дальше.
«Звони отцу или по телефонам, оставленным Борькой!» - призывает меня здравый смысл. Но я почему-то медлю. Боюсь или думаю, что все само собой уладится? Не знаю. Но стараюсь Белова не провоцировать. И сердце стучит как сумасшедшее. Даже в ушах отдается стук.
Принимаю книги у строгой женщины в деловом костюме и с ноутбуком, выдаю какие-то методички студентам. А сама наблюдаю за большим сильным мужчиной, явно не вписывающимся в атмосферу библиотеки. Он садится за стол, ближе всего стоящий к двери. Что- читает в телефоне. Но я прекрасно понимаю, что Криницкий контролирует выход. И уж точно не даст мне проскользнуть мимо.
- Давай поговорим, девочка, - как только зал пустеет, в два шага оказывается рядом и нависает надо мной. – Ты специально такую работу выбираешь? То проводница, то библитотекарша… Или тут тоже кого-то пасешь, Ира Зорина?
- Не понимаю, о чем вы? – таращусь удивленно на злого мужчину.
Он, что, с ума сошел? Думает, я Борьке помогаю? Да если б так и было, его бы еще в Коноше взяли.
- Зачем ты представляешься другим именем, вводишь людей в заблуждение? -садится он напротив. Берет мою ладонь в свои. Рисует большим пальцем узоры, от которых становится тяжело дышать, а сердце выпрыгивает из грудной клетки.
- А вы почему живете по чужому паспорту? – смотрю прямо в лицо, но руку из захвата не убираю.
- Я так понимаю, твой брат знает о нашем милом перепихоне под стук колес? – усмехается он криво.
- И Климов тоже, - вырвав из захвата пальцы, смотрю в упор.. – Уходите. Я никому не скажу…
- Они меня ждали в Ярославле? – холодно цедит Степан, не обращая внимания на мои увещевания.
- Нет, только меня. Но если б вы встретились, очень бы обрадовались, -цежу, не скрывая ехидства.
