Мну листок в руках, раскрошить хочется. Стереть чернила с направления. Разобраться с Никой, которая на это решилась. Вошла в больницу и сделала то, что простить нельзя.
Блядь.
Внутри поднимается жгучая… Не злость, сука, а горечь. Ненависть к тому, как пташка поступила. И в глаза лгала, когда о ребенке говорил. Прикрывалась тем, кого сама и убила.
Встряхиваю головой. Избавиться от мыслей лишних. Собраться. Не думать о том, чтобы сейчас к Нике подняться. Вытрясти из неё правду, любыми способами.
Ограничений теперь нет.
Можно не сдерживаться, не играть в добрую версию себя.
Нажраться хочется. Так, чтобы мозги отбило. Не так, как вчера. Едва перейдя границу. А сильно, пусть из памяти сотрётся всё нахрен. И закончившаяся беременность, и сама девчонка.
Если бы не происходящее, не новые факты, нахрен бы отпустил. Сейчас же. На все четыре стороны, подальше. Свой выбор сделала и пусть убирается. На многое можно закрыть глаза.
Но не это.
Предала.
Соврала.
– Саид, - брат заходит в гостиную, а мне никого видеть не хочется.
Не до него.
Не сейчас.
Не помню, когда последний раз так накрывало. Чтобы до нутра пробирало, током било. Всё херней кажется. А одна новость и… Дед бы всю дурь выбил, если бы знал, чем меня пронять можно.
Поднимаюсь, щедро плеская арманьяк по бокалам. Залпом выпиваю. Внутренности обжигает, приглушает ощущения. Неплохо. Жить буду. Ничего особенного.
Не должно так крыть.
Мелочь.
Дети в мои планы не входили никогда.
– Хреново дела идут? – Халид принимает бокал, внимательно рассматривает меня.
– Вчера поживее был.
– Разберусь. Неважно. Уже готов уезжать?"
"– Почти. Осталось несколько моментов. Власть передать, - усмехается закуривая. – Не думал, что когда-то до такого дойду.
– Убери своих людей в сторону, вернись в кресло главного. Несложно.
– Нет. Не после того, как мой сын чуть не погиб. Я – одно дело. А малому ещё жить и девок кадрить. Будут свои дети, поймешь.
Не будут, не скоро.
Должен был быть, да дрянь одна успела отличиться.
Глотаю слова, не произнося их.
Всё, что касается пташки, должно быть за закрытыми дверями. Так, чтобы ни одна падла не узнала. Потому что это только между нами, и разбираться мне стоит самому.
А не знать, что кто-то ожидает моих решений за такое. То, что не прощают обычно. Побег, предательство… Нет, другим знать точно не стоит. Показывать, что хватку теряю.
Останется тайной. Бывает.
Просто в Нике ошибся.
Ещё одна лажа в список моих проебов, как-то теряется на фоне.
