– Почему Эмин хочет твоей смерти? Ты говорил, что семья не пойдёт против семьи. Но он…
– Эмин решил на обычаи наплевать. Всегда таким был. Лучше ты мне расскажи, что именно он задумал.
– Откуда мне знать?
– Думаю, вы успели поговорить. Не стоит врать, пташка. Я знаю, что именно он отвез тебя в аэропорт. Я всё знаю, Ника. И тебе придется ответить.
Девчонка сглатывает, молчит. Признает своё блядское поражение.
Блядь.
Я ведь до последнего ждал, что сам себя обманул. Привык везде видеть подставу, и на девчонку псов спустил зря.
Вот только чем больше инфы мне приносит Лютый, тем больше недоверия.
Присяжные без вопросов вынесли свой вердикт.
И единственное, что сейчас спасает Нику, её беременность. Факт, что носит моего ребенка. Это заставляет сдерживать себя. Не переступать черту. Ждать.
– Ну? Или тебе нужно время, чтобы найти оправдание?
– Я не…
– Правду, пташка. Одна ложь и мирный разговор закончится. Я и так давал тебе слишком много шансов.
– А что тогда? Что ты… Пытать будешь?
И взгляд такой, что тонкую шею свернуть хочется.
Смотрит прямо, открыто. Без вызова и злости, голос ровный и спокойный. Словно только этого и ждёт. Когда я окончательно сорвусь.
– Зачем мне это? Есть простой рычаг на тебя. Мы уже вчера его обсудили. Адам.
Пацан как нельзя кстати подвернулся. Идеально оружие, чтобы девчонка перестала юлить. С нянькой возился, пока я искал пташку по городу. Ждал, чтобы сыграть свою роль, о которой даже не подозревал.
Где-то Ника была права, считая меня монстром. Потому что Адам меня ни капли не волнует.
Ребенка трогать не стану, но отправлю подальше, чтобы в этих разборках не участвовал.
– Одна ложь, и Адам отправляется домой. Или забыла об этом?
– Нет! Не забыла. Но я не… Это… Я не видела его лица, - начинает тараторить, на одном дыхании. – На мужчине был капюшон, я не узнала. Я понятия не имела, что Эмин жив!
– Повторяешься.
– Но это так! Меня отвезли в аэропорт, дали документы и на этом всё. Никакого заговора, планов или подстав. Я не хотела от тебя уезжать, в самом начале.
Но когда появился шанс… Видимо, я привыкла бегать, как рефлекс. Есть возможность, и я её использую. Мы говорили об этом вчера. Это единственное, о чем мы вообще говорим!
– Хочешь чем-то другим заняться?
– Нет!
Выпаливает поспешно, отворачиваясь. Нет, блядь. А вчера не так активно отталкивала, для вида носом воротила. И мне бы понять: это очередная игра, где пташка пытается выиграть место под солнцем, или её естественное поведение.
