Несколько проходящих мимо парней и девушек повернулись на мой злобный вопль, но, увидев, кто меня держал, предпочли сделать вид, что всё нормально и продолжили свой путь.
– Не кричи ты так, – хохотнул Рава, словно мы тут с ним шутки шутили. – А то люди придумают себе всякого."
"– Убери от меня свои руки, – беспомощно дернулась, чувствуя, что от резкого запаха его парфюма к горлу подступила тошнота.
– Рава, отпусти её, – обозначился третий голос, который, к моему удивление принадлежал Жене.
– Иначе что? – дразнил его Рава, уперевшись подбородком мне в плечо.
Отстранилась, не прекращая попыток вырваться. – Решил побыть рыцарем для бывшенькой? Расслабься, сало. Таким, как ты, второго шанса не дают. Для тебе и первый шанс был удачей.
– Просто отпусти Ясю. Не надо с ней так, – отчаянно стоял на своём Женя, который всем своим видом пытался показать храбрость, но дрожащая рука, которой он нервно поправил очки на переносице, выдала весь его страх с потрохами.
– А иначе-то что? – насмехался идиот, удерживающий меня как крокодил держит в своей пасти канарейку.
– Ты специально тупой или это у тебя от природы? – вклинилась я, понимая, что аргументов у Жени нет. – Убери от меня свои руки!
– Что здесь происходит? – оттиснул Женю Климов, вышедший из общего потока.
Рядом с ним, как всегда, был Данияр.
– Ничего. Болтаем, – голос Равы скатился от могучего льва до жалкой дворняги с перебитым хвостом.
– Болтаете? – между густыми бровями Климова пролегла глубокая морщина.
Цепкий взгляд устремился вниз к моей талии, где я всё ещё выкручивала пальцы этому идиоту, избегая контакта с его потными ладонями. – Руки от неё убери.
Кажется, я ошиблась, когда назвала голос Равы львиным. Если бы царь зверей мог говорить, то у него совершенно точно был бы голос Климова.
Спиной почувствовала, как по телу Равы прошла волна раздражения, но была им подавлена в одно секунду.
– Базара ноль, – резко оторвал тот от меня руки, да так, что я, рвущаяся до этого подальше от него, не удержала равновесия и по инерции начала падать, едва не зацепив головой батарею.
– Яся! – сквозь пелену растерянности ворвался вскрик Жени, и я оказалась подхвачена чьими-то руками за мгновение до встречи с холодным грязным полом.
Рефлекторно вцепилась в рукав плотной толстовки и была приведена в вертикальное положение. Знакомый запах тепла ворвался в сознание, на секунду дезориентировал, а затем заставил отпрянуть и от него.
