Мне нужно тебе кое-что рассказать. То, чего ты еще не знаешь. Вера тебе этого не сказала, — негромко произносит он.
Ничего не происходит.
Я уже было открываю рот, чтобы сказать: “Ну я же говорила”, когда дверь внезапно открывается.
— Только вы, — произносит Санька, шмыгая носом.
Арсен, бросив на меня успокаивающий взгляд, входит внутрь.
Следующий час я нервно хожу туда-сюда, а Кирилл даже заваривает мне какой-то травяной чай. Видимо, выгляжу я и правда очень дергано.
Когда я пью его маленькими глоточками, в гостиную входит Арсен, а следом за ним и Санька.
Я закашливаюсь, слегка подавившись.
— Я Саше все рассказал как было, и объяснил, почему так получилось, — произносит он.
Я впиваюсь взглядом в лицо дочери. Оно заплаканное, но прежней злости и ярости на нем нет.
— Саш, прости, я… — мой голос дрожит.
— Я понимаю, почему ты мне ничего не рассказала, мам. У тебя были на то свои причины. Но знаешь, мне вот сейчас даже отчасти легче, — ее голос тоже дрожит, но тон уверенный. — Я все это время переживала, что папа… то есть Виктор… не слишком стремится со мной общаться.
Даже винила себя, думала, что я какая-то не такая. Он всегда был вежливым, но как будто отстраненным. Я почему и обрадовалась, когда он стал ко мне внимание проявлять внезапно. Вот только оказалось, что это не взаправду. А сейчас я понимаю, что дело не во мне. Он просто мне не родной.
Я порывисто встаю, неловко отодвигая стул, который ножками скрежещет по керамической плитке, и делаю шаг навстречу Саше. Притягиваю ее к себе и не встречаю сопротивления.
Она тоже обнимает меня.
Мы стоим так несколько мгновений, а я в этот момент бросаю благодарный взгляд на Арсена. Какой же он молодец! Подобрал к Саньке ключик.
— Я очень растеряна сейчас, — отодвигается она от меня спустя некоторое время. — Просто в голове не укладывается все это. Особенно то, что па… Виктор поспособствовал тому, что вы с Арсеном расстались. Ведь вы же любили друг друга, да?
— Да, Саш, — шепчу я, — любили. Очень любили.
— Как же это подло! Против настоящей любви!.
. — Саша, как всегда, идеализирует чувства и полна максимализма.
— Мы и сами наделали много ошибок. Вернее, я наделал, — мрачно произносит Арсен. — Так что, тут не только его вина.
— Да я тоже хороша… — машу я рукой.
— Но вы ведь теперь будете вместе? — спрашивает Санька."
"Ох, все-таки эта ее детская непосредственность!…
— Обязательно, — кивает Арсен. — Как только твоя мама меня простит. Я, по крайней мере, очень на это надеюсь.
