Исключения составили шестой — Рижский, который пытался меня муштровать и на поверку оказался пластичной бурой массой, и нынешний — Дорофеев, который мне просто не понравился. Но мама была счастлива с ним, поэтому лезть смысла не было. До вчерашнего дня.
Чёртов притырок рассчитывал, что после свадьбы произойдут чудесные метаморфозы и его новоиспечённая жена станет примерной домохозяйкой, а когда этого не произошло поплелся бывшей к жене борщ уминать, а маме показал средний палец.
Каким хреном он думал? За полгода отношений не понял, что женщина рядом с ним меняться не собирается?! Мерс никогда станет ладой, а кольцо на пальце не открывает портал в параллельную вселенную.
— Что со мной не так? — поёт эту песню со вчерашнего утра. Позвонила и начала рыдать в трубку. Было бы ещё из-за кого.
— Ты слишком много говоришь по телефону, а в остальном всё так, — говорю правду. Ещё она слишком любит обтягивающую одежду, но это сейчас к делу не относится. — У тебя здесь морщина, — пальцем показываю на лоб. Нет там никакой морщины, но слова сработали как надо.
Страдалица засеменила к зеркалу, стоящему в углу.
Родительница следит за своей внешностью как ученые за марсоходом. Для нее предпочтительнее конец света нежели появление морщин. Когда они пробьются через стену, созданную косметологическими инновациями, я предпочту потеряться на другом конце планеты.
— В кого ты такой дурак? — смеётся, откровенно любуясь свои отражением.
— Есть в кого. А вообще ты нарушила заповедь ""Не оскорби ребёнка своего"".
— Ребёнок, сходи побрейся!
— Считай меня хипстером, — демонстративно тру подбородок.
Побриться надо бы, потому что мне ещё за Соней ехать, а из нас двоих колючим должен быть кто-то один.
— А я тогда оперная певица.
Черт! Нет! Только не пение. Ножик по стеклу приятней шкрябает, чем она завывает.
Оставив маму терзать зеркало, я иду в ванну. Сев на бортик, набираю отца. С тех пор как он оставил банк на помощников и укатил в Тоскану винишко производить ему достаётся мало Алины Аристарховны.
Пора это исправить.
— Привет. Как Алессия? — спрашиваю, зная, что если у его беременной жены всё отлично, то и у него подавно.
— Растём, осталось полтора месяца. Скоро закончим ремонт в детской, — доволен как слон на водопое. — Ты по какому поводу звонишь?
— Встретишь маму в аэропорту? У нас тут развод и возвращение к твоей фамилии.
— Снова? Месяца же еще не прошло, — режет слух стоном.
— Да или нет?
— Встретим, — мог бы и не вздыхать.
— Отлично. Я напишу время.