В довесок к острому язычку и особой тяге к язвительности смесь получается гремучая. Но именно она и притягивает. Меня так точно. До сих не возьму в толк, когда успел попасться на крючок.
— То есть он у тебя почти год, но времени не нашлось? Бывает, — всё смеётся она.
Присаживаюсь на корточки и расшнуровываю ей кроссовки. Сама она не торопится, наглаживает полосатое чудище. Кошак так и ластится к ней. Можно подумать впервые человека увидел. Хотя… почти так и есть.
— Кыш отсюда, — сгоняю его, поднимая её с места, снимая куртку и за руку уводя на кухню.
— Садись. Сделаю чай.
— Зачем?
— Чтоб кишки прогрелись.
— Мои кишки премного благодарны, но у них всё в порядке.
— Просто сядь и посиди.
— Молча?
— Было бы чудесно.
— Ага. То есть моя болтовня тебя бесит? — щурится, как лисица на охоте. — Знаешь ли, придётся терпеть. Этот треснувший водонапорный бак заткнуть ещё ни у кого не получилось! А если не нравится… — оставляю заливающийся водой чайник в мойке и пресекаю трескотню поцелуем.
Обнимаю её голову ладонями, чтобы не было искушения пустить их ниже.
Реакция на неё приходит незамедлительно. Ещё одна загадка. В силу работы мозг давно пересыщен девушками и удивить его сложно, однако Тамаре удалось запомниться. Чем, хрен знает. Наверное, неидеальностью. Юная, яркая, простая. Это возбуждает. Возбуждает вот прямо сейчас…
Так, надо заканчивать, иначе в этот раз мы точно доведём дело до конца. Я доведу. И сбежать повторно ей не удастся. Не выпущу, пока не сделаю всё, что последние несколько дней накручивает в моём воспалённом воображении фантазия.
Обнажённое тело. Каждый изгиб. Каждая татуировка. Робкие прикосновения в ответ.
Горячие стоны…
Всё, хорош. Иначе будет поздно. Зря поддался порыву. Хочу её. По-всякому: стоя, лёжа, сидя. Хочу быть с ней. Хочу быть в ней. Хочу… но не сейчас. Нужно подождать, пока она не даст понять, что готова. Ситуация в клубе здорово её напугала. Да я и перегнул палку. Не сдержался. Не стоило тогда.
Один парень. У неё был всего один парень, да и вряд ли ей достался великий гуру.
Неопытная, ещё ранимая и не успевшая в полной мере раскрыть свой потенциал.
А тут я на неё накинулся. Теперь стараюсь не напирать, что сложно делать, когда она так кусает губы и невинно хлопает глазками. Выдержка на пределе.
Отстраняюсь и мы смотрим друг на друга. Просто смотрим, а у меня и от этого в трусах давит.
— Там вода перельётся, — замечает она.
У меня тут кое-что другое вот-вот перельётся.
— Видишь, заткнул.
