Если император так легко подписывает смертельный приговор (а такое количество ударов для хрупкой Мейлин — это казнь) для служившей верой и правдой его семье девушке, то как я могу требовать благородства и всепрощения от Вей Луна? Благородство можно воспитывать, только показывая его своим примером.
Я остановилась на пороге бюро наказаний и глубоко вздохнула, собирая в себе все силы и решимость.
— Ваше Высочество, Его Величество будет недоволен, если узнает… — Сяо все еще не терял надежды меня образумить.
— Я не могу позволить невинному человеку страдать из-за чужих проступков, — отрезала я и вошла внутрь.
— О каких чужих проступках вы говорите? — сморщился евнух.
Мои шаги эхом отдавались по коридору, пока я приближалась к нужному залу. Открыв дверь, я увидела Мейлин, стоявшую на коленях. Остальные, заметив меня, принялись кланяться.
— Принцесса Лю Луань… — жалобно вымолвила несчастная девушка. В ее глазах вспыхнула надежда. — Я ни в чем не виновата! Правда! Принцесса, скажите им.
— Отпустите ее! — приказала я строго и непререкаемо.
Свой голос я услышала будто чужой. Кто бы мог подумать, что я способна говорить так властно? Будто настоящая императорская дочка.
Все в зале замерли. Вей Лун, стоя рядом, то ли инстинктивно, то ли демонстративно положил ладонь на рукоять меча.
Евнух Сяо вошел вслед за мной, бледный от шока.
— Принцесса Лю Луань, Вы не понимаете… — начал он.
— Я понимаю больше, чем вы думаете, Сяо, — громко возразила я. — Книгу, которую вы нашли, дала Мейлин я. Она спрятала ее по моему приказу, а значит и наказание получать мне.
В зале повисла тишина.
Глава 18
Я стояла на коленях в тронном зале перед возвышающимся над нами императором. Вместе со мной были Мейлин, Вей Лун и главный евнух Сяо. Была еще отцовская стража."
"Вид у Его Величества был очень грозный. Еще бы! Любимая дочь призналась в чтении и хранении порнографической литературы. Да еще и публично! Какой удар по репутации.
«Может быть, меня теперь даже замуж никто не возьмет? Если я выживу после порки, конечно, — грустно усмехнулась про себя.
— Или императорская дочка в любом случае будет котироваться?»
— Лю Луань! — это говорил не добрый отец, а взбешенный император. — Как ты посмела принести в мой дворец это?! — Он кинул злополучную книжонку прямо передо мной.
Та упала и раскрылась на картинке совокупляющихся мужчины и женщины. Краем глаза я заметила, как Вей Лун чуть повернул голову чтобы видеть картинку. Выражение его лица осталось нечитаемым.
