Она отдавала себя другому? Кто это был? Генерал Хуа? Поэтому он так нагло и демонстративно пытался опорочить ее репутацию и вынудить императора заключить брак?
Если бы Вей Лун знал об этом раньше, то не убил бы негодяя так быстро.
Он раз за разом прокручивал в голове прошедшую ночь, то распаляясь, то впадая в отчаяние. Он даже не предполагал, что его маленькая ложь о подлитом афродизиаке закончится именно так."
"Он думал, что принцесса лучше убьет себя, чем отдастся ему. Тот осколок у шеи, ее окровавленная ладонь… Тогда он всерьез испугался, что зашел слишком далеко.
Он не простил бы себе, если бы с Луань что-то случилось.
Но когда она сама потянулась к его губам, первая сделала шаг навстречу, он больше ни о чем не думал. Он превратился в единый порыв, в стремление обладания.
Прежде у него никогда не было отношений. Он не видел в них смысла. Это могло лишь помешать его целям. Пережитый в детстве опыт напрочь отбил у него ассоциации борделей с каким бы это ни было удовольствием, а потому рядом с ними он испытывал только брезгливость, гадливость и отвращение.
К самому себе в первую очередь. И тем не менее теоретические знания, почерпнутые на улице, у него были.
А вот откуда им взяться у принцессы, у которой даже не было матери, чтобы просветить дочь перед будущим замужеством? Даже если какую-то информацию Луань узнала из той злополучной книги, за которую Вей Лун получил сотню палок, как объяснить то, что она без стеснения обхватывала его плоть руками, сама подставляла тело под его жадные голодные ласки, выгибалась, будто дикая кошка.
В тот момент он ни о чем таком, конечно, не думал. Лишь ластился к ней, как пойманный на поводок зверь, желающий одного — остаться на этом поводке навсегда.
«Мы оба выпили этот чай и потому возжелали друг друга… Это не значит, что я не получила удовольствие. Получила. Надеюсь, ты тоже».
Это было произнесено с таким коварством, она нарочно дала себя попробовать. Поманила, чтоб закрепить свою власть и привязать, а после выставила за дверь, как нашкодившего пса! Заставила его бросить жизнь к ее ногам, а потом демонстративно отказалась от нее.
Может, она отказалась потому, что есть еще кто-то, кто доставляет ей удовольствие? Не генерал Хуа, а кто-то другой? Но кто? Цин Фан?
Кровь на постели… Какой же он дурак, она ведь просто не перевязала руку, а потом трогала и его, и себя! Он думал, что стал ее первым, а стал лишь одним из многих. Развлечение на одну ночь, не больше.
