Может пока не отказывать, а самой, попытаться понять, есть ли у нее против меня какие-то улики, кроме ее собственных слов?
Например, попросить Мейлин пойти в ту таверну и осторожно поспрашивать, показав мой портрет, видел ли меня кто? В тот день там было столько посетителей, что возможно меня никто и не запомнил. И тогда любые ее угрозы будут моим словом, против ее. Доказательств у нее не будет.
А за одно не плохо было бы показать портрет Ифей в доме удовольствий. Вдруг покупательницу книги кто-нибудь запомнил? Что бы и у меня против нее были встреченные улики.
В родном мире, я совершенно не привыкла к тому, чтобы искать в поведении людей двойное дно, и теперь противостоять чужим интригам было не просто.
Но в одном Ифей была права. Если она переспит с Цин Фаном, мы обе будем в выигрыше. Сюжет кардинально поменяется, и у меня будет больше шансов выжить.
— Хорошо, я тебе помогу. На этот раз. Но ты останешься мне должна.
Ифей вскинула бровь, на лице расплылась улыбка.
— Я знала, что на тебя можно положиться, А-Лу.
Спасибо.
Глава 21
Самое жалкое во всей этой ситуации было не то, что Вей Лун ощущал себя обманутым. В конце концов, он с самого начала знал, какая Лю Луань стерва. Знал и целенаправленно шел мстить ей за потерю единственного дорогого для него человека. он сам дал ей себя обмануть. Сам в этом виноват. Самое жалкое было то, что сегодня, когда он увидел ее в саду рядом с заклинателем, на миг ощутил предательское желание продолжать обманываться дальше. Это было настолько иррационально, что вызывало лютую ненависть.
И к ней, и к себе. Неужели одного ее вида достаточно, чтобы он завилял хвостом, как верный пес, и был готов ринуться к хозяйке?
Хорошо, что император предложил повышение. Да, теперь будет труднее до нее добраться, но у него уже было столько возможностей убить ее, а он упустил их только потому, что размяк.
Следующий шанс он обязательно не упустит."
"Лю Шень сидит на высоком троне, кроме него в зале всего пара евнухов — видимо, разговор предстоит конфиденциальный.
Вей Лун встает на колени и опускает голову в пол, приветствуя императора.
— Встань, — взмахивает тот рукой. — Мне сообщили, что ты уже оправился от наказания и можешь исполнять свои обязанности.
— Да, Ваше Величество. Служить Вашей семье — честь для этого стража.
Главное — добавить в голос побольше смирения и говорить о себе в третьем лице.
— Похвально, — холодно отвечает Лю Шень. — Как и то, что ты взял на себя вину, чтобы защитить мою дочь.
