— Светлого дня вам, сьера. Жозелин, не представишь нас?
Моя компаньонка никак не успевает ответить, потому что следом за блондинкой является и мой вчерашний спаситель. Взгляд чёрных глаз устремляется на меня и в них вспыхивает что-то напоминающее удивление. И откуда-то, грея моё женское самолюбие, приходит ощущение, что ему очень нравится увиденное. Мужчина, не обращая ни на кого внимания, поднимается мне навстречу и подаёт руку.
— Соломия, — произносит он ровно вместо приветствия.
— Позволь помочь. Жозелин, можешь быть свободна.
Его просьба просьбой отнюдь не выглядит. Ситуация тоже не самая приятная. Но это не причина отказываться от помощи. Во-первых элементарная вежливость, а во-вторых… Есть у меня небольшая фобия, касающаяся лестниц, после того, как в детстве я с одной упала.
— Благодарю, адамир — выдавливаю из себя благодарную улыбку под пристальным взглядом его… любовницы, если я правильно понимаю ситуацию. И опираюсь на предложенную руку.
Блондинка никуда не уходит, терпеливо дожидаясь, пока мы спустимся.
— Соломия, позволь представить тебе сьеру Эмари, мою аманте. Эмари, это сьера Соломия, гостья моего дома, — знакомит нас хозяин замка и камень преткновения. И если я хоть что-то понимаю в этикетах, то меня только-что поставили выше. С чего бы?
— Рада знакомству, сьера, — несмотря на неловкость, вины я за собой не чувствую, поэтому смотрю на неё абсолютно спокойно, транслируя мысль, что на внимание этого мужчины не претендую и быть ей соперницей не собираюсь.
— Взаимно, сьера, — кивает та. — Надеюсь, у нас появится возможность пообщаться и познакомится ближе. — А я вот как-то на обратное надеюсь. — А сейчас, прошу простить, мне пора.
Она склоняет голову перед адамиром и величественно уплывает прочь."
"А мы остаёмся наедине. Я ещё слышу шаги удаляющейся девушки, а кожей чувствую, что внимание Рока теперь полностью сосредоточенно на мне.
И как-то слишком остро ощущается, что он по-прежнему сжимает мои пальцы. И смотрит. Внимательно, изучающе. Заставляя теряться… и нервничать. Слишком уж подавляющая аура витает вокруг этого мужчины. Властная. Жёсткая. Пугающая до мурашек. И лишь воспоминание о том, что он вчера спас меня и моего ребёнка помогает немного успокоиться. И более-менее уверенно встретить его взгляд, запрокинув голову.
