Что-то происходило неправильное! Что-то, не вписывающееся в общую картину. Паника – неприятная, горькая, липкая – медленно подступала к сердцу. Как же Зоя ненавидела принуждение! Ненавидела, когда вот так, бесцеремонно, пытаются распорядиться ее телом! Варшавский оказался чертовым извращенцем?! Неужели не понял, что она готова с ним лечь, стоит ему приложить минимальные усилия? А если уж максимальные… Или ему надо вот так, в темноте, принудить ее? Его заводит сопротивление? Нет, только не это!
Изловчившись, Зоя укусила накрывающую ей рот руку.
И услышала грязное ругательство.
Теперь паника накрыла с головой.
Голос не принадлежал Варшавскому!
– Ах ты сучка! Кусаешься? – Удар обжег щеку. – Только попробуй еще раз выпустить зубы, и я тебе их вышибу!
Зою затрясло. Кто это? Что за мужчина? Как он проник в дом Варшавского?
– Пожалуйста… – Непрошеные слезы выступили на глазах. Тело забила мелкая дрожь. Сердце почти перестало биться, дыхание сперло от страха. – Пожалуйста… Что вам нужно… Не трогайте меня!
Ехидный, полный злорадства голос заставил предпринять отчаянную попытку сжать ноги.
Тщетно.
– Не трогать тебя, малышка ширас? Тогда зачем же я сюда пришел? Нет! Мне нужна ты! Твое тело! – вторая рука сильно сжала грудь, причиняя боль, и, найдя сосок, потянула за него. Слезы брызнули из глаз Зои теперь уже от боли. Она вскрикнула и попыталась сдвинуться, уйти от руки. – Э, нет! Куда это мы собрались? Лежи тихо, и тогда тебе не будет больно! Наверное! Я быстро трахну тебя, и все встанет на свои места! Тебя же Варшавский еще не трахал? Конечно, нет! Ему, мать вашу, твои чувства нужны! Что, удивлена? – мужчина зло рассмеялся.
– Ага, он парень со странностями и сюрпризами! Любит играть в благородство, несмотря на видимое высокомерие! Он такой! Еще не добрался до твоей киски, дурак! Зато доберусь я! И тогда ты перейдешь ко мне! Никуда не денешься!
До сознания Зои смутно доходили его слова. Поняла лишь одно – ее собираются изнасиловать.
С остальной информацией разберется потом.
Правда, «потом» может не наступить. Потому что мужчина перешел к активным действиям. Удерживая ее руки, приподнял бедра и принялся спускать брюки."
"– Галански, твоя шлюха в другой комнате, – послышался от двери холодный голос Варшавского.
И Зою накрыло облегчение. Еще никогда она не была так рада слышать мрасса, купившего ее!
Мужчина, насильно удерживающий Зою, замер, а потом снова рассмеялся и скатился с нее.
