Ополоснуть лицо холодной водой сейчас не помешает. Расслабляться и проявлять слабость перед мрассом ни в коем случае нельзя. Хотя чего всполошилась? Мрасса она интересует лишь в качестве ширас, и ее переживания его вряд ли трогают.
И это к лучшему.
Наверное.
Воспоминания о Юре и его отце выбили из колеи сильнее, чем она предполагала. Умывшись холодной водой и посмотрев в зеркало, Зоя отметила, что выглядит как побитый котенок. Жалкий взгляд, дрожащие губы. М-да… И как предстать в таком виде перед Варшавским?
Сосчитала до десяти и несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.
Не помогло.
Щемящая тоска по обычной человеческой теплоте захватила сознание и не желала отпускать.
Да что же это такое?..
Вероятно, в туалете она пробыла слишком много времени. Раздался требовательный стук в дверь.
– Что происходит?
Ответить не успела – дверь отворили, и в туалетную комнату вошел Варшавский собственной персоной.
– Ничего, – буркнула Зоя, не спеша поворачиваться к нему лицом. Она по-прежнему стояла, уперев руки в раковину.
– А входить без приглашения – дурной тон.
– Мне можно.
Кто бы сомневался!
– Учту на будущее, – Зоя в последний раз посмотрела на себя в зеркало и, махнув рукой на внешний вид, повернулась к мужчине. Он ее и не такой «красивой» видел. – Как видишь, я никуда не делась. Готова дальше продолжать путешествие.
Мрасс чуть прищурился, вглядываясь в нее.
– Тебя мучают кошмары?
– Нет.
– Врешь!
– Имею право на личное пространство. А сны – это личное пространство.
– Снова ерничаешь, милая? – мужчина, скрестив руки на груди, загородил проход.
– Милый, пытаюсь соответствовать ситуации.
– Ты бы лучше пыталась соответствовать моим требованиям. Может, и кошмары перестали бы мучить.
– А чем я не соответствую? Разве я не подстраиваюсь под тебя, многоуважаемый мрасс? Разве не навела «красоту»? Не лечу с тобой на Варгас, где буду раздвигать ноги и выступать в качестве инкубатора для твоей спермы?
Если бы Зоя могла предугадать дальнейшее развитие событий – прикусила бы язык.
Когда он переместился ближе, так и не поняла. Двигался он с нечеловеческой скоростью. В одно мгновение оказался рядом, прижался вплотную, впечатался в нее и сжал ягодицы, подхватив под бедра.
Сжал властно. Собственнически.
– Плохо наводишь справки и добываешь информацию, – выдохнул он. Пламенный взгляд, с которым встретились растерянные глаза Зои, сказал о многом. А главное: о том, что от выдержки и холодности Варшавского не осталось и следа.
