Она произошла через два месяца после похорон, в небольшом уютном кафе, располагающемся в центре города.
Зоя села напротив мужчины, который в этот раз пришел на встречу в штатском.
– Что было не так с моими родителями? – не стала она ходить вокруг да около.
Так же прямолинейно ответил и Игорь:
– Они работали на правительство.
Зоя несколько раз в растерянности моргнула.
– То есть? Не поняла…
– Твой отец не работал в брокерской фирме, а мать не была секретарем. Они оба работали в исследовательском центре. Занимались генной инженерией.
Были военными, так же, как и я.
– Военными? – не доверяя своему слуху, переспросила Зоя, чувствуя, как земля уходит из-под ног. – Шутите?
Вопрос был риторическим.
– И чем?.. Чем они занимались?
– Скажу простыми словами, без специальных терминов. Пытались адаптировать наши гены под изменения окружающей среды. Ни для кого не секрет, что солнце проявляет чрезмерную активность и…
Зоя не дослушала.
– Их машина взорвалась не из-за неполадок? Их убили?
Лицо мужчины превратилось в непроницаемую маску.
– Ответьте мне! Я имею право знать!
– Да.
Больше Зою ничего не интересовало. Она поднялась и, пошатываясь, пошла по улице, где навстречу ей шли смеющиеся и довольные жизнью люди…
* * *– Ты все сказала?
Зоя смотрела на «пантеру» и желала одного – вцепиться ей в лицо.
Сдержалась.
Девица довольно усмехнулась, подошла к соседнему зеркалу, открыла клатч и достала алую помаду.
– Все, ширас.
Зоя покачала головой и с горечью спросила:
– Зачем тебе надо было со мной встречаться?
– А чтобы жизнь сахаром не казалась.
Или ты думала, что, проснувшись и заняв место в постели Варшавского, будешь счастлива? Попробуй, если сможешь!
Догадка молнией пронеслась в голове Зои.
– Это тебя, надо полагать, он тогда выгнал из постели?
Яна выпрямилась и зашипела, как разъяренная кошка.
– Ты, тварь, думай, что и кому говоришь!
– Думаю, – Зоя, больше не желая с ней общаться, отвернулась. Уже собиралась выйти из дамской комнаты, когда цепкая рука удержала.
Взгляд, полный ненависти, прошелся по ее лицу.
– Будь моя воля, перекрыла бы кислород таким, как ты, еще в криокапсулах! Какого черта вы нам нужны?!
Зоя смолчала. Говорить что-то женщине, которая ненавидит тебя лишь за то, что ты есть, не имеет смысла. Посмотрела в лицо «пантере» и дернула руку.
– Пусти.
Яна выругалась, но пальцы разжала.
– Вали отсюда, ширас!
Последнее слово прозвучало, как грязное ругательство.
И Зоя на самом деле чувствовала себя оплеванной.
