– Мужики, держите дорогу и меня страхуйте, – сказал я Сашке с Борисом и заорал опять на американцев: – Somebody speaks Russian?
– Я говорю, – ответили из-под машины.
– Кто я? Выползай и без геройства давай, – скомандовал я и тут же вызвал Димку: – Первый, здесь Док, есть один говорящий и вроде не сильно покалеченный.
– Хватайте его, остальных к аллаху и отходим к машине.
– Принял. Что по трофеям?
– Пара минут у вас, бегом давайте.
– Борис, вяжи этого, – велел я, указывая на выползающего натовца. А сам как-то хладнокровно, удивляясь самому себе, присел на колено и прицельно добил тех, кто оставался под машиной.
Потом сказал Сашке: – Саня, в кузов, там пулемет. И поищи боекомплект.
Сам направился к «Хаммеру», в котором Димка уработал всех. Быстро пробежался взглядом на предмет чего-нибудь полезного. В попавшийся под руку американский рюкзак покидал коробки с патронами. И обнаружил «подарок» – шестиствольный ручной гранатомет, весь в «рисах» с коллиматором и тактической рукоятью. «Карманной артиллерии нам не хватает как раз», – подумал я, скидывая в рюкзак найденные в металлическом ящике сорокамиллиметровые гранаты.
Дернул с мертвого офицера бинокль, висевший у него на груди, и подсумок типа планшета на липучке с броника, потом сказал в рацию:
– Всё, отходим. Борис, веди пленного. Первый, прикрывай.
– Давайте быстрей уже, а! – ответил Димка.
Впереди бежал Борис, толкая перед собой пленного, на которого он навесил два рюкзака – спереди и сзади, и три трубы какие-то, вроде гранатометы – правильно, чего порожняком бежать.
А мы с Сашкой, навьючившись как верблюды, тащились сзади.
– Дойдете до машины – маякните, – услышал я голос Димки в наушнике.
– Принял, – ответил я, тяжело дыша на бегу."
"Добежав до КАМАЗа, закидали всё в кузов, пленного на землю положили и сами повалились, тяжело дыша.
– Первый, это Док, мы на месте.
– Принял, иду к вам.
Пока ждали Димку, попили воды. Борис решил сделать замеры и ходил с прибором по округе, а я решил поговорить с пленным.
– У тебя нет почти акцента, ты русский?
– Нет, я украинец, родители из Донецка эмигрировали в Штаты в перестройку.
– Зовут тебя как?
– Яков Берг.
– А отчество у тебя есть?
– Львович.
– Понятно, какой ты украинец. Не боись, я ровно к евреям отношусь. Ты лучше скажи, Львович, чего вы все сюда приперлись?
– Когда формировали группы, нам сказали, что будет миротворческая миссия, и что здесь везде бунты и насилие. Я хотел помочь. Только потом я понял, что всё не так, как нам говорили.
