Много операций было, оперировали раненых иностранных этих. Во Владивостоке что-то там взорвалось у них, много обожженных было, осколочных много и переломов, их вертолетами сюда доставляли. Домой только к вечеру пришла, а тут эти приперлись за ружьем твоим, хорошо хоть, дети еще у соседки были.
– Понятно, в общем так – детей к бабушке.
– Урррра!!! – заголосили мелкие в один голос.
– Половину продуктов тоже к ним, другую половину я вывезу.
– Куда вывезешь? Что вывезешь? Ты куда опять собрался? – дрожащим голосом спросила Света.
– Ты там сгинешь где-нибудь, а что с нами будет?
– Свет, а что с нами будет, если мы будем сидеть на жопе и слушать натовские новости по телевизору?
И я рассказал ей всё, начиная от возвращения с рыбалки и заканчивая вчерашним возвращением с «охоты».
– Мы же не знаем, что по всей стране происходит, что там в столице, что президент про это думает, – шмыгая носом, сказала Света.
– Президент?! Да ни хрена он не думает! Он в Лондоне сидит, вот подписал договор об этой оккупации и сидит себе.
На вот, почитай, думаю, в новостях то же самое скажут, – я протянул ей брошюрку, которую мне дали на КПП.
Света молча взяла цветастую брошюрку, полистала. На страницах даже была реклама чего-то там.
– Потом почитаю, у нас для газовой печки всего двадцать баллонов, на чем готовить будем?
– На буржуйке. Из гаража привезу, да и походная печка там есть бездымная, на ней удобней, а дрова… вон, тайга кругом. Ладно, пойду схожу в их «застенки гестапо», в комендатуру в смысле, и интересно, кто у нас тут главный Мюллер, может встречу кого знакомого, может новости какие.
– Так как же ты пойдешь? У тебя желтого талона нет, и на машину надо получить.
– Всё есть, – сказал я, показывая бланки желтого цвета, которые мне выдали на КПП."
"Влез в джинсы, свитер, надел сверху старую кожанку. Взял с собой документы. По дороге решил зайти к Борису – соседу. Постучал, за дверью раздался остервенелый лай Шаха. Лязгнул замок.
– Шах, место! – Борис открыл дверь.
– А, Леха… привет, заходи.
– Да я на минуту. Что, холостякуешь?
– Ага, мои же две недели назад в Новосиб уехали в отпуск, и что там теперь как – черт его знает.
– Понятно, как тут обстановка?
– Дерьмо обстановка. Полицаи приходили, ствол забрали. Выдали «горчичник» – вкладыш в паспорт желтого цвета, типа меня посчитали и я гражданин «новой свободной России».
– И что ты собираешься делать?
– Не знаю пока, вечером вот новости предадут.
