Полиция из оцепления направилась к палаточному лагерю и, как по команде, начали крушить палатки и, выкручивая руки воякам, «провожать» их в подъехавший автозак.
Но не угадали, это не пенсионеры и студенты.
– Помогай, братва! – закричал седой майор Андрей Николаев – танкист, побывавший во многих горячих точках.
Вояки, объединившись, побежали к автобусу освобождать уже задержанных. Полицейских просто раскидали, разбили стекло в автобусе и стали помогать людям оттуда выбраться. ОМОН устремился на помощь коллегам-полицейским, началась массовая драка, офицеры не давали себя в обиду.
Вдруг раздалось два глухих выстрела… толпа расступилась, на асфальте лежал тот самый Андрей Николаев. Из двух отверстий в груди, пульсируя, сочилась кровь, а напротив него стоял лейтенант ППС с пистолетом в руке.
Пружина сорвалась, толпа просто растворила в себе и ОМОН, и полицейских из оцепления. Труп Андрея положили на оторванную от автобуса дверь и понесли.
– К Белому дому!!! В Кремль!!! – кричала толпа.
По всевозможным твиттерам, ЖЖ и прочим сетям информация разлетелась за считанные минуты, толпа ежеминутно увеличивалась, впитывая всё больше и больше людей.
По пути кто-то с шарфиками «Спартак» начал бить витрины, поджигать машины.
К Белому дому стягивались крупные подразделения силовиков. Многотысячная толпа приближалась. В нее полетели гранаты со слезоточивым газом, и несколько водометных машин перекрыли дорогу. Остановить эту бурлящую реку людей было тяжело, но возможно. Специально обученные люди знали свое дело, стихийная демонстрация была жестоко подавлена.
Применялись все средства, в том числе велся огонь на поражение. Снайперы быстро вычисляли самых активных.
В течение недели еще шли стихийные митинги в разных районах Москвы, и не только в Москве – в Питере, Екатеринбурге, Новосибирске, Ростове и многих других городах, заканчивались они всегда одинаково – жестоким подавлением.
Четвертое октября
Брюссель, штаб оперативного управления войсками НАТО
Мартин Поти, руководитель Восточного отдела аналитики, шел по коридору быстрым шагом.
Войдя в конференц-зал, он кивнул присутствующим, вроде как поздоровался. В помещении стоял длинный стол, за которым сидело около двадцати человек. Мартин подошел к полному очкарику, который сидел в углу помещения за отдельным столом с компьютером, и передал ему компакт-диск. Очкарик кивнул, установил диск в привод, пощелкал по клавиатуре, и на интерактивную доску размером во всю стену вывалилась картинка.
