И почему мне кажется, что я сейчас его только раззадорила.
− И не называй меня так, − произношу давно наболевшую просьбу. Правда, всё же смягчаю: − Пожалуйста.
− Почему? – удивлённо склоняет голову Азим.
− Потому, что ты меня на самом деле не любишь и это звучит как издевательство.
− Ты так в этом уверена? – хмурится он.
− Конечно. Мы не знаем друг друга. Ты не знаешь меня настоящую. О какой любви может идти речь? Это несерьёзно.
− А ты, значит, к любви относишься очень серьёзно? – на губах его высочества появляется кривая усмешка.
− Да. Очень. Я всю жизнь видела перед собой примеры настоящей взаимной и преданной любви между супружескими парами. Между моими родителями. Между Тайрэном и Раминой. Могу привести ещё много примеров. И хоть я понимаю, что при наших статусах это, скорее исключение, чем правило, мне бы хотелось того же. Брака по любви. Может, не сразу, но всё же. Если же любви между мной и моим избранником так и не случится, то думаю, я вполне заслуживаю хотя бы уважения и искренности. Поэтому прошу, не пытайся мной манипулировать красивыми словами, намекая на то, чего не испытываешь на самом деле.
Этим ты меня только отталкиваешь."
"По мере моего монолога, лицо Азима становится всё более задумчивым и даже мрачным. Кажется, ему неприятны мои слова. Возможно, задевает такая прямолинейность и откровенность. Но лучше пусть так, чем и дальше играть в эти его игры. Я не хочу обманываться и страдать потом, если мы всё же не подойдём друг другу. Потому что… да, я боюсь безответно влюбиться.
Уже слишком близка к этому.
− Извини за такую прямолинейность. Но мы ведь хотим узнать друг друга, − смотрю на него, стараясь выглядеть уверенной и невозмутимой.
Зато Азим сейчас выглядит так, будто увидел меня совершенно по-другому, по-новому, и пока не решил, как к этому относиться.
− Покажешь, что купил? – решаю увести разговор от поднятой темы.
− Да, − кивает он рассеянно. − Пойдём, − мягко увлекает меня из кухни.
Седельные сумки с покупками обнаруживаются в небольшой прихожей, где Азим оставил их, прежде чем отправился меня искать.
− Давай отнесём это к тебе в спальню. Там тебе будет удобней всё распаковать и посмотреть, − ухмыляется его высочество, поднимая вещи с банкетки.
Мне чудится, или в его голосе действительно слышится предвкушение? Что же такого он купил?
От воспоминания о том, что, помимо прочего, я была вынуждена у него ещё и нижнее белье попросить, к щекам снова приливает кровь, окрашивая их смущённым румянцем. Мне стыдно.
