Мне показалось, что ему возможно нужна моя помощь. А теперь вот задержусь. И хочу предупредить.
− Это от него ты получала письма всю эту неделю? – взгляд Азима становится откровенно тяжёлым.
Ну вот. Понял.
− Откуда ты знаешь про всю неделю? – ошеломлённо вскидываю брови.
− До этого момента я не знал, − криво усмехается его ревнивое высочество. – Теперь знаю. И кто же этот твой друг? Почему он шлёт тебе цветы? Что за помощь ему от тебя нужна?
− Я… я не могу сказать. Это не моя тайна.
Нет, про цветы, конечно, моя.
Но не рассказывать же Азиму, что я сама об этом попросила, чтобы его позлить.
− И ты ожидаешь, что я позволю тебе отправить письмо с моего личного почтового футляра какому-то неизвестному «другу», который не чурается просить помощи у юной девушки королевских кровей?
Звучит действительно не очень. Вот умеет же он перекрутить всё. Зря я вообще об речь завела.
− Ты всё не так понял, − выдыхаю возмущённо.
− Так объясни мне.
− Я не могу, − качаю головой, чувствуя как поднимается в душе иррациональная обида.
И как обычно в таких случаях, вскидываю высоко подбородок, пряча этим вызывающим жестом свои настоящие чувства. – Ладно. Я поняла, что ты не позволишь. Извини, что побеспокоила. Если не возражаешь, я тебя оставлю.
И ретируемся, пока на эмоциях не наговорила лишнего и не испортила всё наше хлипкое перемирие."
"Попятившись, я разворачиваюсь и направляюсь обратно в выделенную мне спальню, намереваясь оттуда выйти на пляж. Спиной чувствую немигающий взгляд Азима, но продолжаю изображать невозмутимость, пока не скрываюсь из его поля зрения.
И лишь оказавшись одна, расстроенно вздыхаю. Не позволил всё-таки. И на что я рассчитывала?
Можно сейчас, конечно, сколько угодно злиться и негодовать, психовать из-за того, что Азим не пошёл мне на уступку, но по большому счёту я понимаю, что он и не обязан позволять мне пользоваться его футляром для общения с моим другом. Даже в сложившийся ситуации, в которой я по его вине оказалась без связи с родными и друзьями.
Почтовый футляр это слишком личная вещь.
И пусть большинство людей не способны считать магический след отправителя и узнать его связующую формулу, или что ещё больше, вычислить по этому следу местонахождение, всё же такие умельцы существуют. И ни один аристократ в здравом уме не позволит, чтобы его связующая формула досталась неизвестно кому. А я даже не могу рассказать об Адале правду, чтобы объяснить свою тревогу о его благополучии.
Задумавшись, сама не замечаю, как выхожу на террасу.
