− У нас с Коримом теперь куча конкурентов появится, желающих перекупить у вас право на производство.
− Думаю, ваше предложение мы сможем рассмотреть, как приоритетное, − улыбаюсь. – Не так ли, Ади?
Но ответить друг не успевает. В дверь кто-то стучит. Один из королевских телохранителей открывает, и я вижу на пороге своего мужа, растрёпанного, в белой рубашке и без своего неизменного чёрного каптана.
− Азим, − вскакиваю с диванчика. И не обращая больше ни на кого внимания, бросаюсь к нему.
Любимый просто шагает навстречу, раскрывая объятия.
Я влетаю в них, сразу растворяясь в чистом счастье его близости.
Вместе. Рядом. Это самое главное.
− Ты снова меня напугал, − осыпаю поцелуями любимое лицо. – Бессовестный. Я же волновалась о тебе. А ты не отвечал.
− Извини, малыш. Там, где я был, глушится магия, − с виноватой улыбкой объясняет Азим, крепко прижимая меня к себе. Целует в губы, нежно бормоча: − Я тоже волновался о тебе, когда узнал правду.
− А как ты узнал? – невольно вспоминаю я о реальности.
− Отец рассказал, − слышу в ответ то, что услышать совершенно точно не ожидала.
− Отец? – переспрашиваю удивлённо. И только теперь замечаю, что Азим действительно пришёл не один.
На пороге стоит ещё один мужчина. Измождённый, в рваной одежде, поверх которой наброшен каптан Азима. Но несмотря на всё это я сразу узнаю его, хоть и не видела никогда раньше.
− Познакомишь меня с невесткой, сын? – спрашивает принц Гедаш Босвари, рассматривая меня с нескрываемым интересом.
− Конечно, отец. Знакомься, это моя Николь, принцесса Сэйнар-Босвари. Ники, это мой отец, принц Гедаш Босвари.
− Приятно познакомиться, ваше высочество, − бормочу я, застигнутая врасплох этой неожиданной встречей. И ещё более неожиданной доброжелательностью моего свёкра.
− И мне, дитя, − кивает он. – Хоть и запоздало, но приношу свои поздравления. И желаю вам с моим сыном долгой и счастливой совместной жизни.
Это происходит наяву? Это действительно сказал мне принц Гедаш Босвари? Тот, кто ненавидит всех Сэйнаров, а моих родителей особенно.
− Спасибо, − киваю всё ещё оглушённая всем происходящим.
Скупо улыбнувшись, он тоже кивает.
− Ты очень похожа на свою мать, − замечает вдруг со странной грустью в голосе. − Такая же красавица. Я теперь понимаю сына.
Понимает? То есть... он действительно одобряет наш брак?
А Гедаш тем временем поднимает свой взгляд на кого-то за моей спиной.
− Здравствуй, брат, − произносит ровно.
