− Доброе утро, Ники, − здоровается она, садясь напротив меня и выхватывая из блюда с фруктами сочную грушу. – Как твоё самочувствие?
− Доброе. Нормально, − пожимаю плечами. – Присоединишься ко мне? Приказать подать тебе что-то?
− Нет, я уже завтракала, − слышу в ответ. – Но компанию составлю.
Наверное, дело в моём сегодняшнем прозрении. Потому что наблюдая за невесткой, я замечаю то, чего не видела все эти дни, поглощённая своими чувствами. Тени под глазами. Грусть и какую-то даже горечь во взгляде. Усталость во всех движениях обычно очень энергичной и деятельной ведьмочки.
− Ты плохо спала этой ночью? Что-то с детьми? – спрашиваю тихо, хотя уже каким-то внутренним чутьём понимаю, что дело не в детях.
− Я так плохо выгляжу? – невесело усмехается Рами.
Скосив взгляд на свою камеристку, показавшуюся в дверном проёме, я кивком головы прошу её оставить нас наедине. Служанка, понятливо склонив голову, удаляется и закрывает за собой дверь моей гостиной.
− Выглядишь усталой. И расстроенной, − произношу, снова посмотрев на Рамину.
Почему-то вспоминается, с какой досадой брат признался, что его жена отказалась говорить, где искать нас с Азимом. Наверное, для их семьи вся эта ситуация тоже стала серьёзным испытанием.
− Тай очень разозлился, когда понял, что ты знала о том, что нас с Софи ждёт? – склоняю голову набок.
Вздрогнув, Рами замирает на секунду. Прикрывает глаза, опустив руку с грушей.
− Мы… справимся. Наверное, − произносит тихо. – Я не могла поступить иначе. Всё это должно было произойти.
Так нужно. И мне очень хочется верить, что он со временем это поймёт.
Не знаю, возникали ли между ними раньше такие разногласия. Мне кажется, что нет.
Не представляю, каково это – когда твой дар становится между тобой и любимым человеком. Только теперь я начинаю понимать, какой это ужасный груз и страшная ответственность. Знать варианты будущего и решать, какому суждено сбыться, а какому нет. Позволять близким страдать, потому что так будет правильнее в целом. Это жутко.
Не знаю, смогла ли я бы так.
− Ты ведь знаешь правду про Азима, − я не спрашиваю, констатирую.
− Ники, я… − она поднимает на меня полные слёз глаза.
− Не можешь сказать? – хмыкаю горько.
− Не могу. Прости. Ты должна сама всё для себя решить.
Другого я и не ожидала услышать.
− А про Софи можешь? Почему он её украл?
− Потому что она его судьба. А он её, − теперь на губах Рами появляется едва заметная улыбка. – По-другому он не мог. С ней всё будет хорошо, Ники.
