Папа мечтал видеть меня сидящей где-нибудь в прокуратуре под его заботливым крылышком, а я очень хотела осуществить свою мечту и уже почти получила лицензию адвоката."
"Когда папа узнал о моём решении, то целых двадцать минут со мной не разговаривал. А потом решил, что, возможно, все к лучшему, и милостиво благословил блудное чадушко на защиту безвинно обвиненных. Но предупредил, как ранее и всех братьев, что помогать не будет. Мы всего должны добиваться сами.
Всеволод же всегда жил в каком-то своем мире и пошел учиться в архитектурный.
Сейчас он работал в крупной строительной фирме, где замечательно себя чувствовал и быстро взбирался по карьерной лестнице.
– Пока все хорошо, – шепнула я папе на ухо. – Первый экзамен сдала, остался еще один – устный.
– Удачи, – выдохнул папа, – но если вдруг передумаешь…
– Не передумаю, – замотав головой, я отстранилась от него и тут же попала в заботливые объятия матушки.
– Стеша, что с тобой? Ты сегодня сама не своя! – в который раз за вечер сказала родительница.
Но ослушаться бабушку ни я, ни братья не смели, и говорить родителям о нашей с Яром размолвке не стали.
– Все хорошо, мама, я просто устала. Экзамены, подготовка…
– Чувствую, что дело не в этом, – нахмурилась мама. – Почему Ярослав не приехал?
– Он занят. Вот просто очень занят. У него ни единой свободной минутки нет, – быстро оттарабанила я.
Мирон, нетерпеливо притоптывая ногой возле двери, меня поторопил:
– Фаня, пошли! Нам еще бабушку на дачу отвозить.
– Неонилла Альбертовна, ждите в гости, – папа галантно поцеловал бабушке руку на прощание.
– Приезжайте на следующей неделе, – величественно пригласила бабушка. – Мальчики как раз успеют навести там порядок.
– Как-то быстро пара дней превратилась в неделю, – пробубнил под нос Марк, но так, чтобы бабушка не услышала.
Я хмыкнула и так же тихо прошептала:
– Улыбаемся и пашем. Я приеду на днях – помогу.
– С ума сошла? Там стройка! Гвозди, доски и молотки. Нет, Фаня, приезжай как-нибудь потом, а еще лучше – вернись к мужу.
Он единственный как-то умеет справляться с твоей способностью ломать себе конечности и получать синяки.
– У него просто реакция отменная, – буркнула я.
– Именно! – подтвердил Марк и с надеждой спросил: – Ну так что, домой?
– Нет. К бабушке, – отмахнулась я, – а то интеллигентный Маркиз заскучает без традиционного почесывания за ушком перед сном.
Марк закатил глаза, но продолжать диалог не стал.
