Куры денег у их семейства по слухам не клюют, так какого рожна она решила обогатиться за чужой счет? А если это станет известно всем, сможет ли она сохранить свое положение в обществе?
К счастью, совсем уж дурочкой та Флоренс не была, и в бухгалтерию вела исправно, предметы, на которые были потрачены деньги, а также сами суммы прописаны были четко. Если бы не это, то о том, куда был растрачен бюджет я бы так и не узнала.
Начнет Брайт отпираться, пожалуйста, доказательства на лицо, если и этого ей мало будет, то разговор уже будет не с ней, а с ее драгоценным папенькой.
Виконт, как и герцог Берримор, да и все прочие местные аристократы просто помешаны на своей репутации.
А поступок дочери может нанести роду серьезный удар, и даже стать причиной, по которой на рынке невест ее соперницы будут рассматривать ее со снисходительной, но злорадной усмешкой.
— Получила, — ответила я под настойчивым взглядом Кларенс. Попробуй тут не признаться.
— Ты ведь не пойдешь? — очередной прищур глаз в мою сторону. Я как под микроскопом, честное слово.
— С чего это? Конечно же пойду!
Мне нужно вернуть мои денежки, хе-хе!
Чашка со звоном опустилась на блюдце, девушка напротив смотрела на меня с возмущением.
— Ну уж нет! Снова хочешь попасть под ее влияние? Она использовала тебя как девочку на побегушках. Послушай, Фло, Женевьева — плохой человек. Не связывайся с ней больше."
"Не смогла сдержать улыбки — переживания за тебя другого человека были приятны — уж очень суровой выглядела Клара. Так резко меняться в лице настоящий талант.
И это она еще не знает о том, что Флоренс служила Женевьеве в качестве кошелька. Не пойму, повезло с ней Алу или же не очень, но жизнь совместная их ждет многообещающая.
— Я ценю твою заботу, Клара, правда. Но все будет в порядке. Ты сама знаешь, что я изменилась, и обратно возвращаться к той прежней себе не намерена. Я себя в обиду не дам, поверь, — проговорила я и сжала обтянутую тонкой перчаткой ладошку подруги.
Клара покачала головой, не до конца веря в мои объяснения.
Брат да сестра одна сатана, и почему только Винтеры стали жертвами буллинга, не понятно. Но, ничего страшного, Томасу помогла, вот и самой себе тоже помогу.
«Голова, слава Богу, мыслящая», — как поговаривал один небезызвестный барон в старом советском фильме, вытащив себя из болота за волосы. Вместе с конем.
Вот и я поступлю также.
А по возвращению в этот день домой меня ждала одна непрошенная гостья.
— Она здесь уже три часа и отказывается назваться.
