Дедушка шагает медленно один, на нем видавший виды черный выцветший от времени плащ… Нет, все же он не один, из-за угла здания выбегает мокрая, но жутко довольная такса, догоняет своего хозяина и сделав вокруг дедушки пару кругов, устремляется к фонарному столбу впереди.
Я отворачиваюсь, пряча улыбку в очередном глотке кофе.
Наверное, на этих выходных, нужно навестить маму. Она уже давно меня ждет. Периодически снится ее строгий с немым укором взгляд. Так и не удалось мне выбраться на кладбище в ее день рождения.
Бабушка, наверное, тоже заждалась, хоть и не снится…
К тридцати годам начинаешь чаще обдумывать свою жизнь. Чего достиг, что имеешь, что еще предстоит впереди…
Правду говорят, повезет в одном, не свезет в другом.
В личной жизни у меня полное затишье. Ни мужа, ни детей.
Все прошлые отношения заканчивались плохо. И вовсе не по моей вине. Мужчины отчего-то не любят сильных женщин. Им подавай нежный цветок, который не может за себя постоять, чтобы готовила, стирала и убирала, и зарабатывала меньше него.
Я под эти характеристики не подхожу. Могу сама и мебель собрать, и в материальной помощи не нуждаюсь, зарабатываю в разы больше пытавшихся ухаживать за мной мужчин, и домашними делами у меня занимается домработница, ибо у меня на это времени вообще нет, да и, чего говорить, желания тоже.
— «Я себя сделала сама. Я никому ничего не должна…», — разрывалось радио, и я кивала в унисон, перестраиваясь на другую полосу и сворачивая на перекрестке, попивая из термокружки напиток богов.
На остановке стоит толпа людей. Среди них и воспитательница с группой детсадовцев. Ребятня, несмотря на угрюмую погоду, лучилась улыбками в предвкушении. Наверное, выбрались на экскурсию или в театр.
На встречку выехал грузовик. Машины сигналили, водитель большегруза отчаянно жал по тормозам, но тщетно. Он панически махал людям на остановке, показывая жестами, чтобы те разбегались. Кто-то закричал. Толпа бросилась в рассыпную.
А дети… Как же дети?
Дошколята застыли.
Воспитательница куда-то делась… что за безответственность, а как же эти малыши!?
Я следила за происходящим с трясущимися руками.
Да гори оно все огнем.
Резко крутанула руль и что есть силы вдарила по педали газа.
Резкий оглушающий удар. Хлопок. Радио выключилось и слышался только ужасный скрежет. С трудом разлепила глаза и облегченно вздохнула.
Дети не пострадали.
Обжигающая боль, не могу сделать вдох и пустить кислород к мозгу.
