— Может, шампанского, девушки? — интересуется Руслан, и после утвердительных ответов, берёт со столика сначала два бокала для нас с Инессой, а потом ещё два — для себя и Зернова.
— Я вообще ехать не хотел, если честно. Начмед отправила без права на отказ, — говорит Захар.
И как-то так получается, что Руслан и Инесса увлекаются болтовнёй о чём-то другом, а мы немного отходим к столику. Мне нужна салфетка, а Захар как раз рассказывает.
— Меня даже не спрашивали, — отвечаю ему. — Подобные мероприятия я посещаю по умолчанию.
— Но, надо сказать, было интересно.
— Согласна.
Мимо проходит мужчина, он быстро здоровается с Зерновым, перекидывается обещанием в скором времени поболтать и удаляется.
— Вика, я ещё не успел тебе отзвониться по анализам.
— Всё плохо, да? — почти безучастно пожимаю плечами.
Мы в процессе разговора отходим уже на приличное расстояние от новых знакомых.
— Меня смущает только уровень гемоглобина в общем анализе и следы незначительного воспалительного процесса, остальное без особенностей.
Если идём дальше, направлю к терапевту и психотерапевту.
— Зачем мне к психотерапевту? — удивлённо смотрю на него."
"Но ответить он не успевает. К нам снова подходят люди. Высокий рыжий мужчина поздравляет с выступлением, говорит, что впечатлён, что реорганизация родильных домов — это сейчас очень актуальная тема.
Включают музыку, и этот мужчина извиняется, а потом приглашает свою спутницу на танец.
— Песня классная, — говорит Зернов прямо как недавно в клубе. — Потанцуем?
— Почему нет?
Я позволяю ему взять меня за руку и вывести на середину залы, куда вышли уже несколько пар.
Песня и правда классная. И двигается Зернов так мягко. А ещё шампанское начинает кружить голову, и я, чтобы притормозить это головокружение, упираюсь лбом в мужское плечо.
Наверное, это ещё оттуда, из школьных лет, но рядом с Захаром я чувствую себя так… спокойно.
Вся моя жизнь — это какая-то бесконечная гонка и спешка. Соревнование. В детстве мне надо было быть хорошей, чтобы мама гордилась и от отчима не сыпались укоры, что он взял её с ребёнком.
В секции волейбола приходилось тянуться и стараться больше всех, потому что рост не позволял быть полноценным членом команды, надо было компенсировать чем-то другим, далее в универе, на работе, в браке. Гонка-гонка-гонка. Соревнование.
Но странное дело, именно за школьной партой я чувствовала себя расслабленно. Словно биополе у Зернова такое — с ним спокойно. Можно выдохнуть. Остановиться.
Вот и сейчас.
