Мне хотелось его силы, близости с ним, хотелось, чтобы именно Корим взял моё тело – без церемоний, жёстко, властно. Понимала, что своим поступком могу спровоцировать его… но даже предположить не могла, что настолько потеряю разум от собственной беспомощности и пары увесистых шлепков. Или всё дело в том, от кого они мне прилетели?
– Ты пришла ко мне сама, – чеканит Корим строго. – Вела себя непочтительно, явно провоцируя меня и соблазняя. Я не могу оставить это без ответа, – и, склонившись к моему уху, вкрадчиво прибавляет: – Я не могу оставить твою столь откровенную потребность во мне неудовлетворённой, маленькая ведьмочка.
И почему у меня от этого его властного тона под веками искры пляшут, а всё внутри сладко замирает и трепещет? Ненормальная я, знаю. И меня даже не коробит сейчас его последняя фраза. Раскусил? Ну и пусть. Это всё игра. Это всё на одну лишь ночь."
"С тем, кого я хочу до звёздочек перед глазами. С тем, кто, по счастливой случайности не иначе, может дать мне такую близость, какой мне отчаянно хочется, но так сложно получить, когда можешь почти любого согнуть в бараний рог при желании.
А Корима вот не могу. Слишком силён. Слишком опытен и хитёр. Я даже наложенные им оковы сбросить не могу. И от этого странным образом хочу его ещё больше.
Это лишь между нами. Об этом никто не узнает. А я смогу вспоминать, смакуя.
Он коленом расталкивает мои ноги в стороны, открывая ещё больше. Его пальцы тут же находят клитор, сжимают и потирают, немного грубовато, но мне сейчас хочется именно так.
О-о-о-ох, да-а-а-а!
– Ты примешь всё, что я захочу дать тебе этой ночью, девочка, – твёрдо, хоть и с хрипотцой произносит Корим, внезапно толкаясь внутрь меня двумя пальцами. – А утром мы поговорим.
– Разговоры тут излишни, ваше высочество, – сообщаю я несогласно, едва сдерживаюсь, чтобы не подаваться бёдрами навстречу его ласкам, насаживаясь на пальцы.
– Я так не думаю, – недовольно роняет он, убирая руку.
Но не успеваю я разочарованно выдохнуть, как на мои пылающие ягодицы прилетает новый шлепок, а потом ещё один и ещё, взрывая мой мозг болью. Она жидким огнём растекается по телу с кровью, зажигая все мои нервные окончания. И немыслимым образом сплетается с бурлящим во мне возбуждением, превращаясь в странное, возможно неправильное, но такое необходимое мне наслаждение. Смывая сомнения и барьеры. Оставляя лишь голое и почти животное желание.
