И только тот самый бесов этикет заставил меня осторожно обхватить мощное предплечье, а не моё желание касаться его.
Из дома моих дяди и тёти мы уходили молча. Я отчётливо чувствовала выжидающее пристальное и хищное внимание к моей персоне шагающего рядом мужчины, и по привычке изо всех сил пыталась просчитать его возможные действия и свою на них реакцию. И все мои расчёты строились на том, что он верхом, я верхом, откровенно говорить будет затруднительно, а к себе в дом я его приглашать не собираюсь – к бесам этикет.
И тут карета.
Лакей распахивает перед нами дверцу. Я застываю, смотря в её тёмное нутро, отчётливо представляя, что может произойти, когда я там окажусь наедине с Коримом. А он, не давая мне никаких шансов отступить, внезапно обхватывает меня за талию и буквально заносит внутрь.
– Вот ты и попалась, – шепчет мне на ухо, в тот самый момент, когда слуга закрывает дверцу, а по стенам кареты бегут всполохи запирающих и звукоизолирующих заклинаний.
Садится и притягивает ошарашенную меня к себе на колени, устраивая спиной к себе.
И как-то сразу приходит ко мне полное и чёткое осознание, зачем его высочество отправился меня искать именно в карете.
Я возмущённо, хоть и запоздало дёргаюсь, пытаясь вырваться из его хватки, но на моём горле тут же оказывается мужская рука, слегка сжимая. Не причиняя боли, но ровно в той степени, чтобы дать почувствовать, что я сейчас полностью в его власти.
– Тш-ш-ш, не дёргайся, девочка, – урчит он, прикусывая моё ухо.
– Ты же не хочешь, чтобы я полностью сковал тебя? Больше не сбежишь, пока я не позволю.
И почему у меня от одной только мысли о том, что он сможет делать со мной беспомощной всё что ему захочется, у меня внутри всё сводит от томительной жажды? Настолько сильно, что я непроизвольно делаю резкий вдох, хватаясь за его руку и пытаясь свести ноги вместе.
– Хм. А ведь ты хочешь этого, – немного удивлённо тянет Корим. Его голос становится бархатным, вкрадчивым, искушающим.
– Тебе бы понравилось, если бы я сейчас обездвижил тебя, чтобы без помех насладиться твоим роскошным телом. Если бы играл с твоим телом, трогал и ласкал, где мне заблагорассудится.
Вторая рука принца перемещается на мой живот, а затем неотвратимо опускается вниз, вклиниваясь мне между ног, накрывая промежность, нажимая основанием ладони и совершенно точно ощущая, насколько я возбудилась от его слов и действий.
