И вот я, наконец, в тёмной гостиной, а дверь покоев закрыта и тщательно заблокирована мною обратно. Ещё не поздно передумать и уйти. Ну, подумаешь, смотрел он на меня с откровенным восхищением и желанием. Такие взгляды украдкой я уже не раз ловила от его высочества в последние несколько лет. Внешностью меня Праматерь не обидела. Но дальше взглядов ведь никогда ничего не заходило, и Корим всегда держал вежливую и почтительную дистанцию. Во-первых потому, что я племянница его близкого друга, а во-вторых потому, что я и сама всячески игнорировала его интерес и тщательно давила свой собственный.
Женат он был до недавнего времени. А значит, под запретом.
Ну и что, что у них в Босварии принято при наличии жены иметь ещё и наложниц? Для меня женатый мужчина – это полный запрет, даже если я в этого мужчину уже очень много лет влюблена. Или помешана, тут уж как посмотреть.
Зато сейчас он свободен. Его брак официально расторгнут. И хотя бы одну ночь в объятиях своего наваждения я могу себе позволить. Я даже готова этой ночью наплевать на то, что у него дома эти самые наложницы имеются, сама тоже не невинный цветочек.
И может, хоть так наконец излечусь от своей многолетней влюблённости.
Двигаясь как можно тише, я миную гостиную на ходу избавляясь от платья. Насыщенно-синее, достаточно лаконичное, по сравнению с тем, что предпочитают носить большинство придворных дам Сэйнара, но вместе с тем настолько продуманно-эротичное, что оно полностью оправдало и свою баснословную стоимость и неудобство длинной юбки в комплекте с жёстким корсетом.
Кориму очень понравилось то, что он увидел, когда смотрел на меня сегодня во время королевского ужина, устроенного в его честь. И в меру откровенное декольте, и линия шеи, подчёркнутая сапфировым гарнитуром из колье и длинных серег, и беззащитно открытые плечи. Знаю, что довольно привлекательна для противоположного пола, но сегодня я постаралась превзойти себя. Чтобы тот, кем я грезила с юных лет, глаз не мог отвести, чтобы представлял, что под этим платьем… чтобы хотел меня.
И я знаю, что своего добилась. Просто уверена в этом. Что-что, а мужское вожделение я вызывать умею и распознаю на раз. И готова поспорить, что от моего сюрприза он не откажется. Не сможет.
Платье с тихим шорохом падает на пол. Переступив ворох тёмного шёлка, я уже в одном белье и чулках осторожно приближаюсь к двери, ведущей в спальню. На всякий случай проверяю, нет ли защитных заклинаний на ней, и лишь тогда аккуратно берусь за ручку.
