Снимает с моего лица карилью и нежно целует в губы, наплевав на традиции и приличия.
– Иего единственный твой враг, или есть ещё кто-то? – уточняет спустя маленькую сладкую вечность.
– Единственный, кто был для меня реально опасен, – уверяю с улыбкой. – Как он, кстати, попал во дворец? Ты же говорил, что аргандийцы сегодня не приглашены.
Представляю, сколько придворных сейчас на нас пялятся из дворцовых окон. Наверное, и Иего меня вот так из какого-то окна в саду углядел. И узнал же. С этими тёмными точно нужно разобраться.
И в ближайшее время.
– Он через Азима попросил отца об аудиенции. Уже после того, как я узнавал, кто будет присутствовать во дворце. Если бы ты сообщила мне раньше, кто тебе угрожает, я бы не допустил вашей встречи, – взгляд вишнёвых глаз снова сурово темнеет.
– И он бы дальше разгуливал безнаказанно, – качаю головой. – А ещё я бы не получила возможности посмотреть, как ты его размазываешь подчистую. Это было незабываемо, мой принц. Я удовлетворена, и рада, что всё произошло именно так.
– Тогда я рад, что удовлетворил твою кровожадность, бестия моя обожаемая, – довольно ухмыляется Корим. – Пойдём во дворец, там мама волнуется. Её из сада по приказу Азима сразу же увели, и она не знает, в порядке ли ты. Как вы поговорили, кстати?
– Хорошо. Она призналась, что волнуется о тебе из-за проклятия. Я ей рассказала, что очень давно тебя люблю. На том и сошлись. А, и ещё она собирается закатить нам грандиозную свадьбу. Страшная женщина.
– Очень страшная, – со смехом кивает любимый.
Взявшись за руки, мы идём к ступенькам и неспешно поднимаемся к дворцовой террасе. – Как ты смотришь на то, чтобы уже послезавтра отправится в Сэйнар? Хочу поскорее решить вопрос с твоей семьёй и уже официально объявить тебя своей.
– Если ты хочешь ехать послезавтра, то Иего надо колоть как можно быстрее. Один ты можешь не управиться, – замечаю небрежно.
– Сомневаешься во мне? – с наигранной угрозой рычит Корим.
– Нет. Напрашиваюсь в помощники. У меня к нему много вопросов накопилось.
Ответы и тебе будет интересно услышать.
Пару минут мой мужчина молчит, явно разрываясь между прагматичными соображениями и чисто мужским желанием оградить меня от такого не женского по его мнению дела.
– Я подумаю, – изрекает наконец.
В ответ я лишь улыбаюсь. Знаю, что уступит. И не потому, что не может мне отказать. Ещё как может. Но не станет. Мой обожаемый властный и доминирующий принц принимает меня за равную себе.
