Но во-первых он мне за годы нашей дружбы стал близок, почти как брат, а во-вторых – Рэн как-то признался мне на не совсем трезвую голову, что у него есть любимая, но непреодолимые обстоятельства не позволяют им быть вместе. Хотя обстоятельства, кажется, уже изменились судя по его взбудораженному состоянию в последние пару дней.
За друга я, конечно, переживаю.
Но меня саму в последние дни больше всего волновал тот факт, что обстоятельства изменились у ещё одного принца. Стоило мне услышать новость об официальном расторжении брака Корима Босвари и принцессы Иниры Краноди, как что-то перемкнуло у меня в голове, заставляя во что бы то ни стало использовать этот шанс.
– Надо же. Как интересно, – глаза Корима опасно сужаются. – Значит, лично заинтересована?
– Я же уже призналась вам, что вы были моей эротической фантазией. И у меня создалось впечатление, что я вас тоже возбуждаю, – мурлычу, щурясь в ответ. – Я оказалась права. Разве вам не понравилось?
– Меня больше впечатлил тот факт, что тебе всё настолько понравилось, – его пальцы, кружащие в этот момент вокруг моей груди, ловят мой сосок и сжимают его, послав разряд болезненного удовольствия в низ живота.
– И то, что ты явно имеешь свои весьма неожиданные и очень созвучные моим пристрастия."
"И вот что на это сказать? Получается, что имею. Хоть сама и не верила в это до конца. Одно дело фантазировать. А совсем другое – реально получить настолько огромное удовольствие от тех вещей, которые многие посчитают дикими.
– А ведь ты удивлена, – проницательно замечает Корим. И всё-то он видит. – Значит… ты никогда не позволяла никому владеть тобой так, как позволила мне. – Его глаза хищно сужаются, а на губах мелькает довольная ухмылка. – Тебе хотелось подчиниться именно мне, Камэли?
И столько требовательной властности в его тоне, что у меня даже дыхание на миг перехватывает.
– А даже если так? – и я в ответ сужаю глаза.
– Это всего лишь эротическая игра, ваше высочество. То, что останется за закрытыми дверями этой спальни. И для меня. И для вас. Ведь так?
– Игра? – он недовольно сжимает губы, пристально всматриваясь в мои глаза, а потом внезапно наваливается на меня, грубо вклиниваясь своим телом между моих ног. Склоняется к лицу, почти касаясь губами моих губ, как я ранее. – Ты врёшь мне, девочка!
Бесов Босвари. Неужели он настолько тонко ощущает правду? Не может быть.
