И это было очень полезным. Хотя бы посчитались, поняли примерно свои силы и возможности — это уже большое дело.
Тысяча триста пятнадцать воинов, это с моими пехотинцами. Да собери Иван Ростиславович еще и ополчения тысячи две, что вполне возможно, если агитировать крестьян с других земель, так можно хоть под Владимир отправляться воевать. С современными понятиями, что нужно обязательно выходить «в чисто поле», а не прятаться князю за стенами города, не факт, что Андрей Юрьевич устоял бы перед нами. А воевода — Рюрикович и вполне мог бы… Нет, такой сценарий не жизнеспособный.
Ну а после я отправился и, скинув «работу над ошибками» на сотников, углубился с неизменно задумчивым видом, в дела хозяйственные. Родила Рахиль… Родила царица в ночь, не то сына, не то дочь… Сына, но такого крепыша с явно, даже с тем, что у малых детей у всех узкие глазки, раскосыми глазами. Но, блондина. Не мой сын, это определил разочарованный Арон, приняла такое, как данность и рыдающая Рахиль.
Но ребенок этот у меня не вызвал ни отвращения, ни неприязни.
Я, вдруг, понял, что разочаровался. Подспудно, но я, оказывается, хотел себе сына. И я… Да, точно, непременно, обязательно, приму участие в жизни этого малыша, которого назвали Иваном, не без моей подачи. С отчеством вот загвоздка, ну да пусть станет важным человеком, чтобы к нему по имени-отчеству обращались.
Глава 19
Как же время летит быстро, если ты занят делом! Сельское хозяйство вымотало. Но это, как после секса, приятная усталость. Сам восемнадцать! Кому рассказать, так и не поверят.
Была бы возможность похвалиться в будущем таким урожаем, так рассмешил бы людей. А здесь начни говорить о сам восемнадцать, так сочтут вруном. Так что, кому надо не сказал, а показал, например, Жировиту, а остальным нечего в уши лить сказочную правду. Жаль, конечно, что с яровыми так не выйдет, все же погода под озимые была идеальной, как и много влаги. Но на сам двенадцать я рассчитываю.
И вот уже в дорогу. Июнь подкрался незаметно и огромная масса воинственно настроенных мужиков выдвинулась в сторону Киева.
Семь тысяч человек. Это такая силища! Выглядит наш поезд, как Великое переселение народов. Вот даже не хватает у меняфантазии представить, какая это масса людей и насколько растянется поезд, если армия, к примеру, в сорок тысяч воинов будет. А, ведь, и нынче такие армии хаживают!
Теперь для меня еще более отчётливо становится понятным, какое это стихийное бедствие, когда крестоносцы вновь прутся на Ближний Восток.
