– Хочу пожить у вас некоторое время, если ты, конечно, не против…
– Против? – Мои глаза округляются. Как он мог так обо мне подумать. – Да я только за. Тем более Кате с вами так хорошо. Ой, а почему вы меня спрашиваете?
Только сейчас понимаю, в чем подвох и качаю головой. Не дед, а проказник какой-то. Что он хотел услышать, не имею ни малейшего понятия. Но он явно очень лоялен к нам с Катей.
– Да так… на всякий случай.
– Издеваетесь, да?
– Ни в коем разе, – всплескивает руками. – Так что там на обед?
– Да, сейчас я вернусь.
Ухожу наверх. Переодеваюсь и возвращаюсь на кухню. Катя с дедушкой уже сидят за столом и мило о чем-то беседуют. Даже не вслушиваюсь в их разговор, все пытаюсь разгадать, что хотел Владимир Васильевич. Что-то тут явно нечисто, но вот что?
Грею борщ и расставляю тарелки на столе, вместе со сметаной и хлебом.
– М-м-м, – многозначительно тянет Владимир. – Пахнет вкусно. Сама готовила?
– Сама.
– Вот это да. Давно не ел домашнего борща.
– Надеюсь, не разочаруетесь.
Сажусь за стол, но не успеваю съесть ни ложки, как слышу гулкие шаги за спиной.
Сердце делает кульбит в груди, и пульс начинает частить. Рефлекторно оборачиваюсь и вижу Виктора. Руки начинают мелко дрожать, а дыхание сбивается.
– Приятного аппетита. – Он окидывает нас всех взглядом, останавливается на мне и довольно улыбается. Ничего не могу с собой поделать и как дурочка улыбаюсь в ответ.
– Спасибо, – в один голос отвечают Катя и дедушка, а я не могу выговорить ни слова. Просто смотрю на Виктора и пытаюсь взять под контроль взбесившиеся чувства.
– Для меня еда найдется?
– Конечно. Мой руки и садись, – резко подрываюсь с места, чтобы разогреть ему обед. Если бы предупредил заранее, уже все было бы готово.
Ставлю тарелку в микроволновку и терпеливо жду.
– Где мой поцелуй? – Хриплый шепот обжигает ухо и запускает водопад мурашек по позвоночнику. Закусываю губу и оборачиваюсь.
– С ума сошел? Мы же не одни… – Мои щеки мгновенно вспыхивают от смущения.
– Привыкай, теперь это наши реалии. – И вновь эта кошачья улыбка, от которой внутри все дрожит.
Специально все это делает, зная, как я реагирую на него.
– Что ты имеешь в виду? – подозрительно прищуриваюсь, пытаясь разгадать хитрый план.
– Какие у тебя планы на вечер?
– Никаких, а что?
– Хочу тебя куда-нибудь пригласить, – осторожно заправляет прядку мне за ухо, словно случайно касаясь кожи. – Куда бы ты хотела сходить?
Нервно сглатываю, но не двигаюсь, впитывая эту невинную ласку до конца.
– М-м-м… в кино.
