Простите меня, моя госпожа. Я подумала… – И она опять покачала головой.
– Да ладно, я была такой же. Видимо, мы обе ошибались.
– Вы скоро докажете ему, что он поступает глупо, думая о вас дурно. Да, скоро он будет горько сожалеть из-за того, что не поверил в вашу невиновность.
– Это было бы замечательно.
– Но вы не знаете, что делать после этого, не правда ли?
– Да, не знаю. Но подозреваю, что придумаю что-нибудь. Отдыхай, Энни.
– Я не буду вам обузой, моя госпожа. Я не могу сражаться, но уж точно найду себе какое-нибудь занятие.
Буду варить и убирать.
– Такты принесешь нам большую пользу. Спокойного сна, Энни.
– И вам спокойной ночи, моя госпожа. Спасибо вам за то, что спасли меня и Томаса.
– Хоть ты и не подозревала об этом, но вы с Томасом очень много помогали нам Я не смогла бы жить дальше с мыслью о том, что оставила вас на растерзание Ранальду.
Кэтрин оставила Энни и пошла в свою спальню. Все ее тело болело от усталости. Она уже была возле входа в пещеру, когда на ее пути встал Лукас.
Во взгляде его серебристо-голубых глаз было нечто такое, отчего ее сердце захлестнула волна желания. Это разозлило Кэтрин. Она сердито посмотрела на него, и тогда Лукас одним быстрым движением прижал ее своим упругим телом к каменной стене.
Кэтрин почувствовала, как в нее уперлось нечто большое и твердое. Но даже и без этого очевидного свидетельства его намерений она понимала, что нужно Лукасу. Она читала это по напряженному выражению его лица.
Несмотря на боль, которую он причинил ей, Кэтрин хотела того же. И все же она ощущала, что время для этого еще не настало, Она еще не решила, стоит ли удовольствие, которое мог подарить ей Лукас, того риска, на который она шла, возобновляя их отношения.
– Я полагаю, что вас уже ждет расстеленное одеяло – там, где спят остальные мужчины, – сказала Кэтрин, радуясь тому, что в голосе прозвучали ледяные ноты, потому что тело ее было полно лишь мучительным иссушающим жаром.
– В твоей кровати мне будет теплее.
Лукас твердил себе, что такую сильную страсть пробудило в нем волнение от неравного боя и последовавшего за ним чудесного спасения, которое он все продолжал испытывать. Что он пошел на поиски Кэтрин только потому, что она была рядом и могла облегчить его страдания. Лукас безжалостно подавил внутренний голос, который назвал его лжецом.
– Тут полно одеял. Если тебе холодно, то возьми два.
