– Только рассвело, а ты уже собрался опять проскользнуть внутрь? – пробормотала Кэтрин, опуская руку вниз по бедру Лукаса. Ее пальцы легкими прикосновениями пробежались по напряженному мужскому достоинству.
– Если ты и дальше будешь так делать, то я не то, что проскользну – я просто вломлюсь туда."
"Кэтрин обхватила ладонью твердое орудие Лукаса и начала ласкать его, с удовольствием наблюдая, как почти невыносимое возбуждение заставило его закрыть глаза и окрасило щеки румянцем. Лукас тихо застонал, и она задрожала от предвкушения.
Да, в Лукасе Мюррее явно чувствовалось что-то дикое, неприрученное. Когда он открыл глаза и посмотрел на нее, Кэтрин увидела, что их серебристо-голубой цвет потемнел. Он стал почти таким же синим, как вечернее небо, и казался ей не менее таинственным. Кэтрин улыбнулась ему и, проведя рукой вниз по древку его оружия, слегка сжала кожаные мешочки у его основания. Лукас задрожал, и она испытала новое для нее чувство полной власти над мужчиной, которое доставило ей необыкновенное удовольствие.
– Искусительница! – прорычал Лукас и поцеловал ее.
Мысль, что кто-то мог считать ее искусительницей, показалась Кэтрин невероятно смешной. Люди, которые так называли ее, явно лгали или находились не в своем уме. Но Лукас произнес это слово с таким жаром, таким правдивым тоном, что практически заставил ее ощутить себя соблазнительной женщиной. А потом их тела соединились, и ритм, создаваемый толчками Лукаса, сплелся воедино с движением его языка.
Очень скоро Кэтрин забыла как о женской власти, так и об искусительницах. Единственное, что осталось в ее голове от окружающего мира, – это покачивание их тел и темно-голубые, цвета вечернего неба, глаза.
– Ах, вот и вы, – сказала Энни, когда Кэтрин вошла в главную пещеру.
– Да, вот и я. – Кэтрин усмехнулась, заметив на лице девушки выражение крайнего любопытства. – Я могу тебе чем-нибудь помочь?
– Да, например, порезать лук. Но сначала вам обязательно надо поесть. Я сварю кашу, а Патрик, кстати, принес нам кувшин козьего молока.
– Мне не очень нравится козье молоко, – сказала Кэтрин, усаживаясь за стол.
– Все же попытайтесь его выпить. Оно очень полезное. Вам нужно поддерживать силы и немного набрать вес. Когда у вас была лихорадка, вы похудели, стараясь с ней справиться, а ведь вы и до нее были худышкой. Сэр Лукас очень переживал, что вам не хватало нескольких фунтов, чтобы с легкостью победить жар.
– Ну ладно, неси молоко.
