– Вава! – завопила справа Кока. – Котенок, и ты с нами. Володечка – поцелуйчик.
– Вава, – взвизгнула Мака, подскакивая к нам, – детонька, ты еще не замужем? Вова, не стой мрачной тумбой, улыбнись.
Я ухмыльнулся. Выйти замуж мне никак не удастся. Если судьба поступит со мной жестоко, то я буду вынужден в крайнем случае жениться.
– Вава! – запрыгала Нюка. – Ты, как всегда, похож на сладкий леденец на палочке! Володя, а ты чем недоволен?
– Шобла вся в сборе, – вздохнул отчим, когда очередная подруженция Николетты отбежала от нас, – у них очередное суаре.
Нет бы в своей компании им веселиться! Зачем я здесь? Зачем? Зачем???
Мне стало жаль отчима. Владимир искренне любит Николетту, прощает ей все. Он богат, поэтому маменька теперь не находится на моем иждивении. Я очень благодарен отчиму за то, что он снял с меня груз финансового бремени. Отчим моложе жены, у нас с ним прекрасные отношения. В чем-то мы похожи. Владимир не любит гостей, он всегда старается зарыться в песок, когда Николетта устраивает очередное суаре.
Как правило, он появляется в начале вечера, всем улыбается, раздает дамам комплименты, мужчинам рукопожатия, фланирует минут двадцать среди гостей, а потом испаряется. Хозяин дома сделал свое дело, всех поприветствовал, хозяин может уйти. Как-то раз мы с ним стояли вместе с Кокой, Макой и еще с кем-то, вели светскую беседу об искусстве, дамы активно обсуждали, являлся ли Моцарт геем или слухи о его нетрадиционной ориентации просто сплетни. Внезапно у нас с отчимом почти одновременно ожили мобильные.
– О! – воскликнул Владимир. – Непредвиденный поворот. Сейчас приеду.
– Так, так, – протянул я. – А полицию вызывали? Уже мчусь.
– Только не говорите, что едете на работу, – возмутилась Кока.
Владимир пожал плечами.
– Бизнес непредсказуем!
– Клиент попал в трудную ситуацию, – объяснил я.
Мы с отчимом слаженно ретировались с вечеринки и оказались во дворе.
– Я плачу мужику, который звонит мне в определенный час и вешает трубку, услышав, что ему ответили, – подмигнул мне Володя, – я не могу находиться в обществе Зюки, Коки, Люки и прочих более получаса.
– А мне звонит Борис, – признался я, – всегда стараюсь удрать с суаре побыстрее.
Но сегодня применить этот трюк – быстро улепетнуть – не удастся. Мы будем сидеть в зале, придется выключить телефоны.
– Три часа в опере, – простонал Владимир, – в окружении заклятых подруг жены я не выдержу.
– Уходи, – посоветовал я.
– Николетта обидится, – вздохнул отчим.
