Вы что-то нашли, да?
Эллис замялся.
– Точно ничего не известно, но есть признаки, что здесь произошла схватка.
– И все эти люди… они ищут мою жену?
– Мистер Фишберн, даю вам слово, что сообщу вам, как только мы будем знать больше. Вам нельзя тут находиться.
Эллис мягко увел Билла подальше от желтой ленты.
Тот подчинился, вспомнив, как несколькими часами ранее точно так же провожал Челси в ее спальню.
Глава 22
Альберт Лэм жил в маленьком белом доме на тихой улочке. Тейтум поднялся по гулким ступеням деревянной лестницы, Зои следовала за ним.
Грей постучал в дверь, словно звонок мог прозвучать непочтительно в царившей здесь горестной тишине.
За дверью раздался заливистый лай. Через несколько секунд до них донесся голос Альберта: «Минутку». Последовала продолжительная пауза, прежде чем он открыл дверь. На нем был костюм, хоть и сильно измятый, редкие волосы всклокочены; глаза опухли от бессонницы, или слез, или того и другого. Из-за Альберта вышел большой золотистый ретривер и, виляя хвостом, обнюхал ноги Тейтума.
Альберт уставился на посетителей отупевшим взглядом. Потребовалось время, чтобы он их узнал.
– А, вы работаете с детективом О’Доннелл, верно? Тейтум Грей?
– Верно, – ответил агент. – Мы можем войти?
Альберт жестом пригласил их в дом. Внутри было темно и тихо. Даже пылинки, казалось, зависли без движения в воздухе, застыв от горя. Альберт, странно шаркая, повел их в гостиную, и у Тейтума закралось подозрение, что старик может быть пьян.
Пес шел за ними с поникшей головой и опущенным хвостом. Даже он чуял тяжелую атмосферу скорби, наполнявшую дом.
Цвета гостиной радовали глаз: круглый синий ковер, два белоснежных кресла и диван. В центре комнаты стоял кофейный столик из стекла, а в углу – такой же цветок в горшке, какой был в доме Кэтрин Лэм. Тейтум догадался, что она купила два одинаковых растения и одно подарила отцу. Только его цветок был ухожен. Пока.
– Садитесь. – Альберт показал на диван. – Я вернусь через минуту.
Тейтум опустился на диван, Зои продолжала стоять. Альберт вышел из комнаты, и Грей понял, что ошибся: пастор не пьян, а скорее душевно сломлен. Каждое движение давалось ему с трудом."
"Зои стала ходить по комнате, оглядывая книжную полку, окно, портрет Кэтрин на стене. Тейтум гадал, пытается ли она составить психологический портрет старика или так реагирует на сдавившее комнату уныние. Собака сопровождала Зои, следя за каждым ее движением.
