– Прошу тебя, – прохрипела Леонор, – мне нужна…
– Закрой пасть, – рявкнул Гловер, – а не то вскрою тебе брюхо.
Сердце Зои зашлось в бешеной пляске, глаза неотрывно следили за Гловером. Она видела в нем пустоту, темное ничто. Взгляд тот же, что и много лет назад, когда Зои пробралась в его дом. Тот же, что пару месяцев назад, когда он напал на нее. Взгляд, обещавший смерть. Личина абсолютного зла. Смерть маячила за его спиной, ожидая пира. Зои стало трудно дышать из-за хриплых вздохов Леонор. На мгновение ей показалось, что все они в руках Гловера.
Только ему решать, какой будет финал.
Нет.
Отголоски детства. Страх неизвестности. Ужас при мысли, что ночью придет монстр. Гловер – не болотная тварь, прячущаяся под кроватью. Он – не чудовище из сказок. Он – человек. Зои заставила себя увидеть его настоящим.
Гловер болен. Смерть нависла над ним, потому что он умирает. Кожа обтянула череп, глаза запали. Волосы на голове частично сбриты для врачебных манипуляций.
Он сломлен. И оттого еще опаснее. Ему нечего терять.
– Гловер, – тихим и низким голосом проговорила Зои, – если ты поранишь Леонор, агент Грей тебя застрелит.
– Возможно, – ответил он с безумной ухмылкой. – Зато я увижу твои глаза в момент ее смерти. Оно того стоит.
Он действительно не боялся оружия Тейтума. Как многие другие психопаты, Гловер не умел правильно оценивать риск. Даже видя пистолет, он представлял угрозу абстрактной и далекой. Настоящий страх, по его мнению, сопровождается болью. Бентли вспомнила тревогу, засветившуюся в глазах Гловера, когда она ранила его ножом.
И когда Марвин в него выстрелил. Угроза становилась реальной, лишь когда Гловер чувствовал боль.
А сейчас ему всегда больно. Вот чего он на самом деле боится. Болезни. Гловеру хватило времени, чтобы обдумать ощущения и испытать ужас. В сравнении с умиранием от рака пистолет – ничто. Теперь Гловер, возможно, мечтает быть застреленным, лишь бы избавиться от боли."
"– Если ты опустишь нож, – сказала Зои, – мы позаботимся, чтобы ты получил лечение, которого заслуживаешь.
В понимании Гловера он заслуживал все то, что брал.
– Очень мило, но я не куплюсь, – прорычал он. – Видал я тюремные госпитали. Знаю, что там за лечение. Боюсь, придется отклонить такое щедрое предложение.
Разумеется. Он уже обдумывал такую возможность. Проверил. Зои вспомнила слова Леонор. Вряд ли в тюрьме он получит необходимое лечение. Арест для него равносилен смертному приговору. Медленной и болезненной казни.
Нет. Он еще надеялся.
