— Здравствуй, Элиана, — улыбнулась Илени, однако сжала посох посильнее.
Вундеркинд положила на них глаз с раннего детства, но такие артефакты детям не игрушка. Даже шестилетним, даже с прорезавшейся силой архимага. Точнее, тем более.
— Тетя Лен тебе подарок привезла.
— Ой, спасибо!
— Он в твоей комнате.
— Я побежала! — и Элька исчезла за дверями.
— Чужие дети быстро растут, — вздохнула Илени, когда дочка вышла.
— Да, — я подавил вопрос «А сама-то как?». — Быстро. Казалось, только качал ее на руках…
— Самый великий маг Изначальной, — покачала головой Илени.
— Ну пока только потенциальный, — заметил я. — Но да, фактор «М» у нее такой, что измерить невозможно. Зашкаливает.
— Девочка, которая в несмышленом возрасте смогла изжарить дракона… — снова покачала головой она.
— Ну не только, — вступилась за нее Фили. — И вылечить нескольких безнадежных больных тоже.
— Что еще раз говорит, что ни черной, ни белой магии не существует, — сказал я. — Все зависит от человека и точки приложения. Но она — однозначно светлая.
— Точнее, сияющая, — сказала Илени. — Ее аура просто ослепляет. Драконы больше не появлялись?
— Нет, — сказал я. — То ли боятся, то ли готовятся сделать очередную пакость.
— Вряд ли. Совать свою тупую уродливую башку в пасть архимагу, пусть и маленькому, себе дороже.
— Да и добраться тоже, — сказал я. — Эльку мы с собой в колонии не берем.
— На счастье драконов, — ухмыльнулась Илени.
Из-за портьеры сначала показался нос, потом к нему прибавился и глаз, внимательно осмотревший зал, затем появился и немало смущенный Друг.
— Иди сюда, — позвал я его. — Гроза миновала.
Друг послал мне ментальный образ злого чудовища, преследовавшего бедную маленькую собачку.
— Э, ты на ребенка не наговаривай, — сказал ему я. — А еще ее лучший друг!
Собакин осторожно, на подгибающихся лапах подошел ко мне. Ну да, новая серия «Маша и Медведь» в действии, особенно та, где от маленькой девочки разбегается и прячется вся живность.
— Это что? — фыркнула и чуть не поперхнулась вином Илени, взглянув на моего бедного собакина.
— Это тот самый ужас, — подтвердил я. — Интересно, что она с ним еще сделать хотела?
На голове у Друга красовался розовый бант, такой же был повязан у него на шее.
— Наверное, еще повязать ему на хвост. Для другого она еще маленькая. Иди сюда!
Друг подошел и безропотно позволил снять с себя неподобающие ему знаки отличия. Наконец, он довольно фыркнул, и разлил по залу ментальную волну облегчения.
