Этот звук наверняка слышно на два этажа вверх и вниз. — У меня все забрали. Пожалуйста, я уеду утром, обещаю! Я просто… не смогу спать… — еще одна пауза и попытка высморкаться, — на вокзалееее…
Почему я не удивлен?
[1] P.S. Спасибо “А” за бесценные советы и за “аленя”!^^
Глава восемнадцатая: Йори
Если бы возможность самовозгорания от стыда и унижения была бы одной из физических способностей человеческого организма, я бы стала горсткой пепла еще в тот момент, когда, судя по ответам Кости, Андрей стал невольным участником разговора с моим прошлым.
Именно так я себя чувствовала, пока они вели короткий диалог: старой спичкой, зажигающейся даже от трения о голенище сапога. Даже на секунду показалось, что я в самом деле горю, потому что жар от щек вынуждал то и дело прикрывать глаза. Но ничего такого не происходило: Костя был на месте, мой телефон — в его руке, а диалог — за пределами моего понимая и контроля.
В конце концов, что-то во мне сломалось, потому что я проснулась от рожденного собственной ладонью звука.
И от приятной ноющей боли под кожей, оставленной силой удара. Костя так опешил, что даже не пытался зажать телефон в руке — я вернула свое без всяких усилий, но не испытала ни намека на радость. Мне было настолько невыносимо стыдно, что потребовалось сгрести все мужество, чтобы просто приложить телефон к уху."
"А потом я просто сбежала. Трусливо спряталась от слов, которые мой Фенек мог бы сказать в ответ. Что-то вроде: «Зачем ты втягиваешь меня в свое прошлое?» или «Разберись со своими мужчинами, Йори, мне это дерьмо не нужно».
Я бы даже не обиделась на все сразу, потому что именно так все и выглядит со стороны. Но по крайней мере никто не заставлял меня слушать финальные аккорды нашего общения в режиме «онлайн». Я просто не смогла бы это пережить.
— Это что сейчас было? — Костя свирепо раздувает ноздри и потирает отбитую щеку. Даже в полумраке хорошо виден красный отек. Даже интересно, хватит ли ему духу вернуться с таким «украшением» в зал.
— Сначала обувь мне испортила, теперь это.
— В следующий раз буду целиться шпилькой тебе в глаз. — В голове очень кстати всплываю я сама в образе Ганнибала Лектера.
Хочется сказать Косте, что он снова все разрушил, но он все равно не поймет. Что бы я ни сказала — запишет победу и еще одну «звездочку» на воображаемую перевязь с орденами его боевой славы.
Поэтому лучшее и единственное верное, что я должна сейчас сделать — убраться подальше.
