Теряются принципы, ориентиры, все то, во что я верила — все рухнуло!"
"Механически была на работе, просматривала новости, сверяла график публикаций, но мыслями я была очень далеко. Вспоминалась та ночь на Мальдивах… Темное небо, пьяные звёзды, белоснежный песок и его живой тёплый взгляд.
Левон был моей первой любовью. Будучи маленькой девчонкой, я следила за ним, ходила по дому по пятам и с замиранием сердца ожидала, как отцы уговорят его спеть… Его голос… Глубокий, тяжелый и такой цепкий.
Он превращался в воздух, в навязчивую мысль, усугубляя влюбленность.
И как бы хотелось вернуться в то счастливое время, когда я не знала, на что способен мой муж.
— Так, всё! Хватит! — в кабинет вихрем влетела Светка. Она сдёрнула с вешалки моё пальто и так странно посмеялась, что по коже мороз пошёл. — Сегодня мы оторвёмся. Я не хочу слышать ничего про твой развод! И про Кузнецова – тоже не хочу!
— А Кузнецов-то тебе чем не угодил?
— А ничем… Кара, тебе не кажется, что мир слишком несправедлив? — Липатова закатила глаза, одевая меня с такой скоростью, словно мы норму сдавали.
— Почему женщины должны жалеть мужчин? Почему ты должна переживать за него?
— Потому что его уволили из-за меня!
— Его уволили, потому что он не стал сопротивляться, Карина! Всё! Я запрещаю тебе думать об этом. Если Кузнецов смиренно собрал вещи, вместо того чтобы врезать и Пирожку, и твоему мужу, то это его проблемы. Кстати, Петрова это тоже касается.
Их как щенков шпыняют, а они носы повесили и бредут, куда скажут. Как бы ужасно это не звучало, но в этой ситуации красавчик только один, и это Левон. Он чётко знает, чего хочет, и делает, а не стонет и не жалуется Карине на несправедливость. Всё! Каринэ, я запрещаю тебе говорить о слабаках с пипиркой между ног! — Липатова не контролировала громкость своего голоса. Голосила, как свирель, словно хотела, чтобы начальник это услышал.
А он это услышал! Наш пузач покраснел, его ноздри заколосились на ветру, а серый взгляд превратился в пламя.
— Ну и что вы нам сделаете? — вдруг цыкнула Света, пробегая мимо него. — Уволите? Так попробуйте… Или у Куталадзе спросите, он вам подскажет, как это делать!
— Света, — я хохотала во всё горло. Моя взбалмошная, немного чокнутая, но такая верная подруженька в гневе была просто великолепна! — Ты куда тащишь-то меня?
— А мы едем в клуб.
