Что, я маму свою не знаю? Сейчас они с зятем налюбуются, а потом сами в дом зайдут. Может, девчонки уже проснутся…
Мы с Липатовой как две светские крысы рассматривали гостей, шушукались, вспоминали смешные моменты и тихо посмеивались.
— И что это мы тут делаем? — раздалось за спиной.
Мы обернулись и замерли, потому что в дверном проёме стояли Мулин и Куталадзе, а на их руках восседали сонные мышки-малышки: Теона Куталадзе и Алина Мулина. Девчонки потирали глазки, сонно зевали и хихикали, вертя мягких медведей.
— Вы что… Вы детей украли? — я трясла пульт видеоняни, не понимая, что происходит.
Как они смогли нас обойти?
— Мы просто пошутили! — Мулин вскинул руки. — Куталадзе предложил отключить питание и напугать вас.
— Левон! Ты что, хочешь, чтобы я раньше срока родила? — я кое-как спустилась с барного стула, поддерживая уже большой и тяжёлый живот.
— Мамоська, а папа сказал, что скоро у меня будет ещё один бьятик!
Теона потянула ко мне руки, но Левон отрицательно замотал головой. Дочь уже была такой тяжелой, а живот у меня был такой огромный, что я уже и сама была не в силах держать её дольше минуты.
"
"Малышка плакала, обижалась, поэтому больше всего времени мы с ней теперь проводили на диване. Обнимались, читали книжки, играли в куклы. Снова обнимались.
Моя девочка. Моя радость. Моё счастье.
Каждая её слезинка болью в сердце отдавалась. Я прижалась к ним, пряча слезы, а после расцеловала нежные пяточки моей красавицы, пока та не захихикала от щекотки.
— Теош, ну не куксись, милая. Ты же у меня такая красивая, такой ангелочек, — стерла огромные хрусталики, повисшие на длинных выгоревших ресницах, чмокнула в носик-кнопочку.
— Я люблю тебя, доченька.
— Теона, маме осталось ходить с животиком две недели, — Левон поцеловал надувшуюся дочь в нос, обнял и закружил, компенсируя запрет игрой. — Там бабушка приехала…
— Бабуля! — Теона задрыгала ногами, требуя поставить ей на пол.
— Ой, непоседа…
Дочь и пошла рано, и заговорила быстро, и истериками не душила родителей. Идеальный ребёнок!
Наверное, поэтому мы с Левоном решились на третьего ребёнка.
В тайне я ждала мальчишку. Казалось, что Куталадзе нужен ещё один мужик, чтобы отдать всю свою мужскую силу и мудрость. Но УЗИ до последнего не показывало нам пол. И лишь на последнем скрининге малыш раскрыл нам всем свой секретик.
— Не беги! — крикнул Левон вслед дочери.
— Мы проследим, — Мулины удалились следом.
— Кар… Я вот смотрю на неё и не могу простить себе паузу длинной в двадцать лет.
