Но так даже лучше!
Пусть знает, на что способна мать!"
"— Да я сегодня же завалю все телеграм-каналы грязью, я вашу семейку изваляю в таких скандалах, что через неделю никто и не поверит в ваши россказни. Все будут жалеть бедную сиротку, которой воспользовался сынок Левона Куталадзе. Шикарно звучит, согласитесь, — Надя хохотала в голос, выдавая откровенное безумие.
И мы с ней были похожи.
Не уверена, что она действительно беременна. Но вот то, что девочка желает всеми силами улучшить свою жизнь, это абсолютно ясно.
Только ведь и мне терять нечего. Звездой пабликов я уже была, родители заочно определили меня в истерички. Нечего мне портить и марать…
— Нет, Надюш… Вот тут ошибочка вышла. Чтобы жалели бедную сиротку, тебе нужна безупречная биография, а у меня есть как минимум три видео, на которых сущность твоя видна кристально ясно. Кража денег, подлог фотографий, а ещё весьма неравнодушные люди скинули мне твоё портфолио. Не ты ли у Петрова третий год по арабам щелью своей торгуешь? А в этом году прогнали, потому что дешевки отработанные никому не нужны…
Я говорила совершенно невообразимые гадости.
Меня выворачивало от собственной злости, решимости и желания прекратить все, что творится вокруг нашей семьи.
— А если ты будешь и дальше преследовать нас, то я всё отдам полиции и адвокату. Да, возможно, наша система пока неохотно подписывает ордера на неприближение, но зато позор тебе обеспечен вечный.
Ни один сутенер не рискнёт связываться с тобой, потому что как эскортиница ты будешь скомпрометирована…
— Это ещё почему? — внезапно подала голос Надя, даже не подумав, что выдала себя с потрохами.
— А потому что ни одному нормальному богатому дяденьке не нужны разборки с чокнутой девицей. Они хотят эмоций, молодого тела, но не хотят проблем с семьей. А ты — глупая девчонка…
Я даже ждать не стала, пока она что-то ответит.
Высказалась, и так легко на душе стало.
Вот только вместе с этой лёгкостью пришла и тошнота.
Спазм стянул горло, голова стала кружиться, ноги ослабли, а мысли рассыпались…
Глава 44
Глава 44
Я беременна…
Эта мысль была настолько ошеломительной, откровенной и внезапной, что я снова покачнулась, в последний момент сжав ручку чемодана. Вцепилась в неё, как в опору, закрыла рукой глаза, ограждаясь от снующей толпы, яркого света и монотонного шума.
Этого не может быть.
